За его спиной

— А узнала ты об этом недавно, конечно же, — усмехнулся он, — а до этого любовь была неземная?

— Нет, — тон, которым я перебила Бродягу ( что за прозвище такое?), даже мне показался жестким. Но как-то не понравился его голос, слегка иронический.

Таким взрослые, умудренные опытом люди с детьми неразумными разговаривают. И по головке гладят, бормоча: “Ну что ты, маленькая? Ну не переживай… Поругались, помиритесь, все бывает…”

Отец так делал. Он всегда считал, что лучше меня знает, что мне надо, но в последние полгода эта его уверенность обрела совершенно другие, крайне неприятные черты.

И сейчас мне в голосе Бродяги почудились прямо отцовские интонации, и это задело.

— Нет? — удивленно приподнял он густые брови, глаза насмешливо сверкнули, — а зачем же соглашалась замуж? И, кстати, тебе хоть восемнадцать есть?

— Есть, — мне почему-то резко расхотелось откровенничать, хотя буквально минуту назад я была готова рассказать Бродяге все до последней детали.

Он словно почувствовал перемену в моем настроении, кивнул на кружку:

— Пей. Согревайся… И… Не обижайся… Просто вы, девочки, обычно очень шустрые и резковатые бываете… Парнишка, может, и не виноват ни в чем, а ты уже бежать… И к незнакомому мужику бросаться о помощи просить… Я-то думал, тебя маньяк какой преследует, а тут жених…

— Он и есть маньяк, — сухо сказала я, не удержавшись все же и еще отхлебнув из кружки отвара смородины.

— Как ты резко…

— Как есть…

— Тогда тем более: зачем соглашалась?

— Соглашалась… — горько усмехнулась я, — можно подумать, меня кто-то спрашивал…

— То есть? — не понял Бродяга, уставившись на меня с таким изумлением, что я поневоле ощутила себя дурой. Да, собственно, я ею и была, даже Аделька всегда говорила… — тебя силой, что ли, замуж выдают?

— Да, — вынуждена была кивнуть я. Ну, а куда тут денешься, если правда чистейшая? — Силой…

— Это как? — еще сильнее удивился Бродяга, — ты же совершеннолетняя?

— Да.

— Школу закончила?

— Да.

— Аттестат, там… Паспорт…

— Конечно…

— Слушай, вопрос-то все объемней становится… Ты меня прямо заинтриговала. Давай, рассказывай…

Я отпила еще чая, выдохнула, пытаясь выстроить в голове фразы таким образом, чтоб было понятнее, не смогла и мысленно махнула на это дело. Все равно уже полноценной дурой выгляжу, так чего строить из себя? Или пытаться?

— Я из Демьяново, — начала я рассказывать, — папа магазин держит прямо в деревне… Сам понимаешь, деньги всегда были…

Бродяга кивнул, подтверждая, что понимает. Магазин в деревне — это неплохой бизнес. А в Демьяново народу много живет.

— Ну вот, два года назад умерла мама, отец женился снова…

— С мачехой не поладила? — понимающе перебил Бродяга, но я отмахнулась сердито, не желая терять нить повествования.

— Нет. Она нормальная.