За его спиной

Еду он принес еще ранним утром: полбуханки хлеба, сало и сыр. И молоко в банке.

Я быстренько настрогала бутерброды, вскипятила воду и заварила сорванную рядом с домиком ромашку. Сама же решила обойтись хлебом и сыром с ромашковым чаем. Да и не особенно хотелось есть после такой ночи…

Про саму ночь вспоминалось с легким ужасом, перемешанным со стыдом.

Я до сих пор не могла поверить, что сама согласилась, сама, можно сказать, позвала… И в том, что дальше происходило, тоже, получается, есть часть моей вины…

И теперь сложно сказать, жалела ли я о произошедшем или нет. И смотреть на Бродягу тоже сложно…

Честно говоря, я с утра ждала… чего-то… Что хоть как-то обозначало бы наши новые отношения. И вообще их наличие. Ведь все же поменялось, да? Правда?

Мне казалось, что Бродяга должен что-то сделать, как-то подтвердить это все… Или опровергнуть…

Но Бродяга утром, исчезнув с дивана, пока я спала, вернулся как раз к моему пробуждению, не дав толком напугаться даже, выложил еду на стол, показал, где удобства и скупо заявил, что позвонил кому надо и скоро все будет нормально.

Я похлопала ресницами, спешно формулируя в голове вопросы… И так и не решилась их задать."

"Смотреть на одетого в футболку с коротким рукавом Бродягу было стыдно и волнительно, голос постоянно пропадал, а щеки краснели так, что казалось их изнутри огнем жжет…

Пока я справлялась с собой, Бродяга, буркнув что-то невнятное, вышел на крыльцо…

А я осталась сидеть и тупо смотреть на дверь.

И думать, что же мне теперь делать, как себя вести?

Мысли в голове роились беспорядочно и глупо, не помогая, а наоборот, ввергая в еще больший ступор, а потому я огромным усилием воли отодвинула их на задний план и принялась за привычное занятие: готовку.

Это всегда меня успокаивало и примиряло с действительностью.

Конечно, из принесенных продуктов особо много не сообразить, тем более, что в домике не было плитки, только электрический чайник, но порезать тонко сало и хлеб, красиво разложить это все на тарелке, чуть украсить зеленью… И получилось вполне себе… По крайней мере, Бродяга, бесшумно возникший за спиной и какое-то время наблюдавший за моими скромными приготовлениями, одобрительно выдохнул, напугав внезапным появлением…

Я подпрыгнула, уронив нож, а Бродяга, легко преодолев расстояние в полтора шага, мягко подхватил меня за талию, развернул к себе и шумно втянул воздух над моей макушкой…

Я замерла перепуганным зайчонком к его лапах, ощущая только, как сильно и больно бьется сердце в груди. В голове стало совсем пусто, как в барабане, я слышала, как кровь ревет в венах… От Бродяги пахло невероятно вкусно, хотелось дышать им, и я не могла перебороть в себе это плотское желание…

— Малыш… — прогудел Бродяга мне в макушку, — как ты?

— Я-а-а… Хорошо?..