Побег при отягчающих обстоятельствах
Вика Шалая неожиданно узнала, что ее трехлетний сын Степка тяжело болен и ему требуется операция. Степан всегда отличался прекрасным здоровьем, был подвижным, любознательным мальчиком, и вдруг опасное заболевание почек! Еще больший шок Вика испытала, когда подслушала разговор медсестер о глупых мамашах и здоровых детях, у которых вырезают органы на продажу. Понимая, что имеет дело с серьезной организацией, где крутятся большие деньги, Вика решила, что надо бежать и прятаться. Помочь ей мог только Егор Князев, отец Степки. Однако Егор даже не знал, что у него есть сын, ведь они с Викой не виделись пять лет. Но ничто так не сближает, как опасность, нависшая над ребенком…
В противовес всему белому, а может, и в гармонии женщина была во всем черном.
Эдакий стиль – черное на белом!
Эстетский дизайнерский ход!
«Вот теперь у меня точно едет крыша! О чем я рассуждаю?!» – подумала Вика, забыв испугаться.
Женщина подошла и остановилась в метре от Вики, внимательно ее разглядывая.
Она была высокой, выше метра семидесяти, довольно полной, не толстой, но как говорят, «в теле». Неопределенного возраста: от тридцати пяти и до бесконечности, в зависимости от количества вложенных в лицо денежных знаков, обрамленное стильной стрижкой – длинные, жгуче-черные волосы, обрезанные рваными прядями разной длины.
Единственным ярким пятном в ее образе алела полоска помады на губах.
– Меня зовут Ирэна Альбертовна, – представилась дама.
Вика сделала попытку встать, но не смогла и только теперь осознала почему. Она сидела на железном стуле с подлокотниками, к которым были примотаны скотчем ее руки, на ноги скотча тоже не пожалели, прочно примотав их к ножкам стула.
– Ну, девочка моя, а что вы хотели? – почти извиняясь, заметила Ирэна Альбертовна, наблюдая за тем, как Вика себя осматривает.
– То… – начала говорить Вика, но получилось только сипение.
Она прокашлялась.
– Еще воды? – участливо спросила дама.
– Нет! – ответила на этот раз четко Вика.
– Да вы не бойтесь! – не послушала ее возражений Ирэна Альбертовна.
Она подошла к столику, где стояла бутылка с водой, и налила почти полный стакан.
– Это просто вода, травить вас никто не собирается, вы нам нужны здоровой.
Она вернулась к Вике и заставила ее выпить воды, взяв жесткой хваткой за подбородок и вливая ей воду в рот насильно.
– Так что вы там хотели сказать? – спросила она, закончив экзекуцию.
Вика окончательно пришла в себя, даже боль в голове прошла от злости и ясной осознанности происходящего. Поставив стакан на столик, дама заняла прежнюю позицию – в метре от привязанной к стулу Вики.
– Я давно хотела с вами познакомиться, – радушно заметила мадам. – Вы первая и, надеюсь, единственная, кто за все время работы нашей клиники не только понял, что происходит, но сумел сбежать и довольно долго от нас прятаться!
– И что дальше? – спокойно спросила Вика.
– Вы же умная девочка, значит, понимаете, что сейчас мы найдем вашего Степана, и на этом закончится наш маленький инцидент.
– Вы всерьез полагаете, что я скажу вам, где находится мой сын? – удивилась Вика.
– Нет, конечно! Мы все о вас очень высокого мнения и знаем, что добровольно вы ничего не скажете!"
"– Так что, вы меня пытать будете, что ли? – усмехнулась Вика.
– Что вы глупости говорите! – возмутилась Ирэна Альбертовна.














