Побег при отягчающих обстоятельствах
Вика Шалая неожиданно узнала, что ее трехлетний сын Степка тяжело болен и ему требуется операция. Степан всегда отличался прекрасным здоровьем, был подвижным, любознательным мальчиком, и вдруг опасное заболевание почек! Еще больший шок Вика испытала, когда подслушала разговор медсестер о глупых мамашах и здоровых детях, у которых вырезают органы на продажу. Понимая, что имеет дело с серьезной организацией, где крутятся большие деньги, Вика решила, что надо бежать и прятаться. Помочь ей мог только Егор Князев, отец Степки. Однако Егор даже не знал, что у него есть сын, ведь они с Викой не виделись пять лет. Но ничто так не сближает, как опасность, нависшая над ребенком…
– И его команду тоже, такие проколы непростительны! Разжирели, расслабились, потеряли нюх, а этого никак нельзя допустить! Один маленький недосмотр, и мы чуть не вляпались в большие неприятности! Хорошо, хоть эта дура шум не подняла! Так что, как ни прискорбно, но Левчика и его команду придется убрать с работы! И не только с нее!»
Он почувствовал дискомфорт. Так бывало всегда, когда кто-то случайно заходил в кухню во время его завтрака. Странно! Уже много лет домашние не позволяли себе таких промашек. Впрочем, он сегодня благодушен и пребывает в хорошем настроении, можно и не устраивать разбор полетов, а просто приструнить! Он поднял тяжелый, осуждающий взгляд от тарелки, готовясь холодно отчитать за неуместное появление, и натолкнулся на ироничный взгляд незнакомых глаз.
В арочном проеме, отделяющем кухню от коридора, стоял мужчина, одетый в строгий костюм и дорогую меховую куртку из нерки, руки он держал в карманах куртки и смотрел на хозяина, улыбаясь.
«Жена пилила бы меня целый день за крестьянские манеры, если бы я засунул руки в карманы куртки!» – подумал он отвлеченно.
Он все понял! Сразу!
– Доброе утро, Эдуард Витальевич! – вежливо поздоровался мужчина.
– Я могу одеться? – после долгой паузы, во время которой внимательно рассматривал мужчину, спросил Эдуард Витальевич.
– Нет! – ответил мужчина. – Мы возьмем с собой ваши вещи, и вы оденетесь у меня в кабинете после того, как их осмотрят. А то мало ли что, вдруг вы в окошко выпрыгнете или яду изволите принять, а мне это как-то не с руки, мне с вами побеседовать надо.
Мужчина отошел в сторону и сделал приглашающий на выход жест рукой:
– Прошу!
* * *Вечером позвонил Денис:
– Ну как ты там, Викуля?
– Классно! – обрадовалась она, услышав его голос.
– Это какие такие ухаживания? – рассмеялся Денис.
– Ну, в данный момент мама готовит мой самый любимый рыбный пирог! Вкуснотища страшная! Олег Николаевич специально съездил в магазин и накупил все мои любимые деликатесы, Степка целый день у Егора! А я сачкую от всех дел, валяюсь на диване и смотрю телик! Вот это жизнь, скажу я тебе!
– Да, обзавидуешься! – согласился Денис.
– Когда? – сразу подобралась Вика.
– Через час-полтора.
– Давайте, давайте! Поторопитесь! – загорелась нетерпением Вика.
Мама с Олегом Николаевичем не давали Вике ничего делать, убежденные, что тяжелые потрясения последних дней, перенесенные ею, могут пагубно сказаться на здоровье и психике.














