Побег из страны грез

Лицо старухи глубокими морщинами-бороздами и землистым цветом напоминало кору дерева, и маленькие черные глаза, злобно зыркающие на пробегающих мимо ребятишек, казались двумя жучками-древоточцами, выползшими наружу. Густые брови, мохнатые, как две гусеницы, срослись на переносице и разделялись лишь крупной родинкой с торчавшими из нее волосами, выросшей прямо над длинным носом, опускающимся на нижнюю губу, которая постоянно двигалась. Может, то была просто старческая привычка, но Алисе казалось, что бабка шепчет проклятия. Такая вот «ведьма» жила по соседству, и страхи девочки только множились от слухов, которые разносили жители, и прочитанных сказок. Подруга детства Лялька, живущая в том же, что и «ведьма», подъезде, как-то рассказала, что ее, Лялькина, мама нашла под ковриком, лежащим у двери, какие-то перья, похожие на вороньи, и воткнутые в косяк иголки. Это уже попахивало настоящим колдовством, и Алиса, помнится, в ту ночь так и не смогла заснуть, воображая в ужасах, что на следующий день бедная Лялька превратится в ворону.

Но случилось совсем другое. И если бы Алиса заранее могла представить, какое испытание ее ожидает, минувшей ночью просто умерла бы от ужаса. Картины с Лялькой в вороньем оперении и выросшим вместо рта желтым крепким клювом не шли ни в какое сравнение с тем, что случилось наяву. Утром мама отправила дочь за помидорами в овощной. Выйдя из дома, та бросила тревожный взгляд на окна «ведьмы» и, не увидев соседку, со всех ног бросилась мимо страшного подъезда.

– Девочка! – вдруг окликнули ее. Алиса машинально оглянулась и увидела, что на крыльце стоит старуха.

– Подойди сюда, – поманила ее сухой рукой «колдунья». И девочка, хоть и была едва жива от накатившего на нее ужаса, подошла, будто повинуясь магии.

– Подай мне ее, – ткнула пальцем-сучком куда-то вниз старуха. Алиса опустила глаза и увидела, что возле ног, обутых в растоптанные, со смятыми задниками тапки, лежит палка-трость. И онемела от ужаса. Бедное сердечко металось в груди загнанным в клетку диким зверьком: среди детворы ходили разговоры о том, что палка старухи – волшебная. Кто коснется ее, тотчас превратится в жабу. Приговоренная к ужасной участи и почти смирившаяся с нею Алиса зажмурилась и наклонилась за палкой.

Но ничего не произошло. Ничего из того страшного, о чем болтали ребятишки. Все еще не веря в такое чудо, Алиса протянула палку старухе. Та не поблагодарила ее, а, наставив на девочку палец, вдруг спросила:

– Тебя Алисой зовут?

Она кивнула. И «ведьма», удовлетворенно растянув рот в ухмылке, произнесла загадочную фразу:

– И ты меченая, значит.

Так и не пояснив, что имелось в виду, старуха развернулась и ушла в глубь подъезда. Словно и вышла лишь для того, чтобы сказать Алисе эти слова.