Почувствуй это снова

Бабуля отправляется к себе, а мы с Матвеем — к нему.

Заваливаемся в кровать обнимаемся. И долго–долго говорим обо всем на свете. О том, что пережила я. О его страхах. Потом, устав и выпив чая, смотрим какой–то фильм по телеку, пока не засыпаем в обнимку.

Больше ни на что нет сил. Всё прочее — завтра. Вместе поедем на экспертное УЗИ, куда я записалась с огромным трудом, потому что большая очередь. Вместе будем планировать, что дальше. Сейчас хочется отдыха. Именно вот такого — на его груди, в тишине, в обнимку. Чтобы трогать. Вдыхать. Чтобы быть максимально близко. И чтобы, наконец, расслабиться. Потому что единственное место, где мне хочется сейчас находиться— это тут, рядом с ним."

"Матвей засыпает крепко, поворачивается на бок, я тут же обнимаю его со спины, утыкаюсь между лопаток. А когда ночью сама меняю положение и отворачиваюсь, ощущаю, как он тут же обнимает сзади.

Зажмуриваюсь и дальше проваливаюсь в сон. Впервые за долгое время крепкий и оздоровительный.

Глава 44

Матвей

Выключаю будильник довольно нервно. Опасаюсь, что Юльку разбудит, поэтому на первой же секунде мелодии вздрагиваю, хватаю телефон, на кнопки жму. Щурюсь на свет, проверяя, чтобы ничего больше не звенело. Откладываю экраном вниз, добиваясь темноты.

Падаю на подушку. Глаза закрываю. Спит Юля.

Моя Юля мерно дрыхнет рядом.

Осознание этой простой данности обрушивается внезапно и будит похлеще брызг холодной воды.

Пульс тут же знакомо ускоряется. Всегда такое происходит, когда просыпаюсь и мысли о ней разные. Самой Юли при этом, зачастую, рядом нет. Сегодня же, так сказать, исключение.

Мы добрались с ней до исключений. Таким вот непростым способом.

– Матвей, – шепчет сонно. – Ты спишь?

Мешкаю, потом сдаюсь:

– Почти. Рано еще, отдыхай.

Юля приподнимается, ищет спросонья. Ни дать ни взять заплутавший котенок. Хватаю, на грудь укладываю, прижимаю крепко.

Юля тянет:

– М–м–м.

– Чего мурчишь?

– Хорошо–о. Тепло, спокойно. Это я так радуюсь, – шепотом.

– Разбудил тебя, млин. Мне учить надо, – запрокидываю голову и тяжело вздыхаю. Как же не хочется шевелиться. Двигаться. Лежать бы так. С ней. Хотя бы трое суток. Или там, пару лет.

– Тогда иди.

Закидывает на меня ногу, подтягивает повыше.

– Щас, ага. Минуту.

Хихикает. Обнимаю крепко, поглаживаю. Юля пахнет вкусно, мне всегда нравилось. Всё это вкупе с прикосновениями, тяжестью ее веса, шепотом — действует. Лежу, впитываю. Контраст после койки в ментовке ошеломительный. Ей после больницы тоже дико, наверное.

Юля прокашливается и тихо спрашивает:

– Ты правда думаешь, что наша с тобой любовь — это банальная химия? Гормоны. Физиология.

Молчу недолго. Ну не дурочка же она у меня, чтобы лапшу вешать. Выдаю честно:

– Какие, блть, сомнения. Только подумаю о тебе — они шпарят на полную.