Под защитой твоей тьмы

− М-м-м, моей красавице захотелось в мои объятия? — урчит демон, размашисто шагая прочь из зала и зарываясь лицом в мои волосы.

Да как он мог подумать, что я притворилась? Я устала просто.

− Я случайно, − возмущаюсь шёпотом.

− Хорошо, сладкая. Пусть будет случайно, если хочешь, − улыбка Мартана становится и вовсе лукавой. — Наконец-то я до тебя доберусь сейчас. Готова к массажу, поцелуям и вопросам?

22.1

− А можно я буду просто спать? — прошу с надеждой. Если первое и второе вызывает во мне толику предвкушения, то третье… после всего, что тут сегодня произошло… Нет, не хочу.

Не готова.

Мартан несколько секунд смотрит на меня оценивающе. А потом улыбается уголком губ.

− Хорошо, маленькая. Если ты настолько устала, можешь просто спать. Это не помешает мне размять твои натруженные мышцы. Чтобы завтра тебе было легче."

"Есть у меня подозрение, что причина не только в этом. Особенно с учётом того, какие именно мышцы он собирается разминать. Наверняка этот обещанный им массаж приобретёт далеко не невинный характер. Но спорить я больше не пытаюсь. К чему? Кажется, я совсем не против. Даже если с меня сегодня всё-таки потребуют исполнить обязанности будущей жены.

Главное, чтобы не спрашивал ничего.

В его руках так хорошо и надёжно, что я засыпаю ещё по пути в башню, прислонив голову к сильному плечу. Немного прихожу в себя, лишь когда жених усаживает меня на кровать и принимается ловко избавлять от одежды. Сонно наблюдаю за выражением мужественного лица, за тем, как его тёмный взгляд скользит по моему обнажающемуся телу. Мне бы воспротивиться такому неприличному самоуправству. А ещё лучше подняться, позвать служанок и раздеться без его помощи. Но что-то такое особенное и личное есть в этих действиях моего демона, столько интимной заботы, столько ощущения… близости, не только телесной, что я не могу отказать.

В первую очередь самой себе. Странно, но с Мартаном я действительно не одинока. И лелеема.

Я могу всё ещё пытаться беречь своё сердце от чувств к этому мужчине, страшась довериться до конца. Но как оставаться к нему равнодушной? Невозможно просто. Таких, как он, просто не бывает.

Поворачивая и вертя меня словно куклу, Мартан в конце концов расшнуровывает все шнуровки и стягивает с меня платье.

Зарывается пальцами в волосы, вытаскивая гребни и заколки. Укладывает на подушки, помогает разуться, улечься. И вмиг переворачивает на живот. На мои ягодицы опускается мужская ладонь, обжигая даже через ткань панталон и сорочки.

Охнув, я пытаюсь приподняться, извернуться, но между лопаток оказывается вторая его рука, прижимая к кровати.

− Лежи, Рин. Расслабься. Можешь даже спать. Знаешь же, что не обижу.

Он серьёзно? Я это знаю?

Но спустя секунду приходит осознание, что да, знаю. Не обидит.

Глупое, наивное сердце.