Под защитой твоей тьмы

Простите, госпожа.

− Прощаю, − срывается с моих губ. — Я и сама виновата, − утешаю расстроенную Олви. − Не нужно было тебя отправлять, когда находилась в таком беззащитном состоянии и сама не могла закрыться изнутри.

Мне хочется плакать от безнадёжности. Я знаю, каким убедительным может быть Ларус. Слишком, иногда просто до невозможного убедительным. Знаю, как ловко он умеет выворачивать факты. И если у него было несколько дней, чтобы повлиять на решение короля, он наверняка своего уже практически добился.

Но Тори говорила, что меня выслушают и моё мнение будут учитывать.

Глаза жжёт от непролитых слёз. Прикрыв веки, я глубоко вздыхаю.

Ох, Великая Праматерь, защити свою непутёвую дочь.

Часы ожидания доводят меня почти до исступления. Нет ничего хуже неопределённости. Но отпускать от себя Олви, снова отправляя её на разведку, я больше не решаюсь. Хоть и понимаю, что она ничем мне не поможет, если вернётся Ларус. Разве что помощь позовёт. Вот только не факт, что кто-то будет мне помогать. Если этот монстр не соврал и вопрос почти решён…

Нет, нельзя так думать. Нельзя заранее обрекать себя на поражение.

Cидя у окна, я тщетно пытаюсь услышать лошадиный топот или лязг ворот, или хоть какие-то другие звуки, которые мне бы подсказали вернулся ли король. Но крыло в котором мы с Оссианом жили, стоит слишком обособлено, а мои окна и вовсе выходят на другую сторону. Бросая взгляд через витражные стёкла, я вижу вечерний сад, освещённый только полной луной. Солнце сейчас садится рано. Зимой мало кто прогуливается тенистыми тропинками, потому и фонарей много не нужно.

Вздохнув, откладываю недовязанную кружевную шаль на спицах. Мягкая, воздушная шерсть пушистым облачком ложится на стол. Мастерству вязания меня обучили жрицы в храме, и я полюбила это занятие даже больше вышивки.

− Может, я схожу ещё раз, госпожа? — поднимает глаза от своего шитья Олви."

"Говорят, что терпение — добродетель. Но, к сожалению, не моя. Закусив губу, я пару минут думаю, что делать. Оставаться одной по-прежнему страшно. Но оставаться в неведении уже просто невыносимо.

− Да, сходи, пожалуйста.

Просияв, моя молочная сестра аккуратно складывает в корзину тонкую нижнюю сорочку, которую шила для меня, и поспешно поднимается из-за стола.

Но не успевает даже шага сделать. В дверь моих покоев кто-то тихо стучит.

− Посмотри, кто, − шепчу одними губами.

Это ведь не может быть Ларус, он бы не стал стучать. Он бы сразу ломиться начал.

Едва справляясь с тревогой, я иду вслед за Олви и, встав в сторонке, наблюдаю как она отмыкает дверь.

− Я от её величества, − слышу тихий женский голос. — Она велела передать, что король уже вернулся и сейчас находится в своём кабинете.