Залог на любовь

Его веселило то, что его развлекает такая большая компания взрослых дяденек.

А в это время Горняков, который, конечно же, тоже принимал участие в прятках, резвым галопом попытался затеряться среди садовой мебели, арендованной на следующие три дня. И под влиянием азарта игры, мужчина совсем не заметил Марту.

Впрочем, и сама Заречная, задумавшись, не заметила, как на нее мчится двухметровый детина с лихой улыбкой на красивых губах.

Марта и пискнуть не успела, как крепкие руки придержали ее, не позволив упасть.

— Илья! — приглушенно вскрикнула Марта.

— Ты чего! Не сдавай меня! — пробормотал Горняков и ловко утянул девушку за собой в импровизированное укрытие: за полусобранную арку, которую Марте еще предстояло украсить цветами. Места едва хватало, чтобы два взрослых человека могли бы поместиться за ней. Вот и пришлось Илье крепче прижать Марту к себе.

Марта вскинула голову, а Илья опустил на девушку искрящийся смехом взгляд. А где-то неподалеку Илюшка визжал от радости, отыскав очередного участника игры.

Шум, суета, галдеж — остались далеко. И красивые губы Ильи оказались вдруг невероятно близко от приоткрытого рта Марты. И руки скользнули к затылку девушки, словно мужчина боялся, что она сбежит.

Возможно, Марта бы действительно сбежала. Но ноги словно приросли к мягкому газону. А пальцы загребли в пригоршни ткань мужского пиджака.

Марта не успела возразить. Да и не хотела, потому что устала от тяжелых мыслей. Устала от ежесекундных напоминаний себе о том, что Илья — не ее мужчина. И в глубине мятежной девичьей души Марте хотелось поверить Илье.

А потому …

Заречная едва ощутимо приподнялась на цыпочки. Но этого почти неуловимого движения оказалось достаточно, чтобы Илья перешел в наступление.

И нежных губ коснулся твердый и требовательный рот мужчины. А в груди зародился стон, урчащий, больше похожий на рычание. Этот звук прошелся по напряженным нервам Марты. Всколыхнул в душе трепет, отозвался протяжным полувсхлипом.

— Нашел! А я тебя нашел! — победный клич раздался будто издалека.

А Марта очнулась от наваждения. Поняла, что моментально покраснела до корней волос. И даже хотела отпрянуть от высокой широкоплечей фигуры. Но крепкие руки удержали.

Прижав голову Марты к своему плечу, Горняков, взглянув на мальчишку, подбежавшего к нему, мягко, но с нотками хрипотцы произнес:

— И я нашел.

— Малта — моя! — нахмурился мальчик.

— Я и не спорю, друг, — подмигнул Горняков. — Но поскольку такая Марта единственная на всем свете, то предлагаю делиться.

Илюша не очень обрадовался такому предложению. Схватил Марты за руку. А у девушки все еще не было слов. Кажется, поцелуй Горнякова вышиб ее из колеи, заставил чувствовать.

А вот слова о том, что она единственная — заставили задуматься.