Залог на любовь

Еще как хочет.

Марта уткнулась лбом в широкое плечо. Хорошо, что в саду царил полумрак, пусть и горели фонари, а Илья выбрал довольно укромное местечко, подальше от любопытных глаз веселящихся гостей. Однако девушке казалось, что все ее тело медленно плавится под умелыми пальцами Горнякова. Илья обнимал ее, поглаживал по спине, затылку. Не позволяя себе слишком откровенных касаний, но и таких, почти невинных прикосновений, оказалось достаточно, чтобы дыхание Марты сбилось, а в низу живота загорался пожар.

— Девочка моя… — выдохнул Илья, подхватил ртом мочку, слегка прикусил ее.

А по телу Марты пронеслась дрожь. Девушка крепче вцепилась в тонкую ткань рубашки, чтобы удержаться на ногах. Но с ритма, конечно же, сбилась.

— Илюша…, — прошептала Марта в ответ и даже не стала возражать, когда Горняков утянул ее в темноту, за живую изгородь, куда не падал свет садовых фонарей.

И уже там набросился на нежные, приоткрытые в ожидании поцелуя губы.

— Безумие какое-то…, — выдыхала Марта, отвечая жадными касаниями. Вскинула руки, зарылась пальцами в короткие волосы на затылке мужчины. Едва слышно застонала, когда широкие ладони Ильи заскользили по ее талии, ребрам, а кончики пальцев прошлись по напряженной, ставшей вдруг тяжелой груди.

А Илье словно было мало той реакции, которую он видел, чувствовал. Он словно сошел с ума, отчаянно желая быть ближе к любимой.

И пальцы настойчивее обхватили вершину соска, прямо через ткань кружева белья и платья. Илья поигрывал тугой горошиной, а свободной рукой надавил на поясницу Марты, и чуть ниже, заставив ощутить его возбуждение.

Илья понимал, что зря все затеял. Нельзя было приглашать Марту на танец, а тем более — утягивать в укромный уголок. Но как устоять, если его девушка — такая красивая, сногсшибательная, желанная?

Илья толкнулся бедрами в живот Марты, и сам негромко застонал, когда почувствовал крупную дрожь, пронзившую хрупкое тело.

Рывком стянул с себя пиджак и набросил его на плечи Марты. А дальше действовали только инстинкты: спрятать девчонку еще дальше, увести от шума и суеты. Илья понимал, что много времени им не нужно. На полноценную близость Марта пока не готова. И без того перестарался он в первый раз. Но и оставить все вот так — не мог.

А потому Горняков, приподняв Марту над землей, куда-то пошел.

Марта толком не понимала, куда они двигаются. Закрыв глаза, целовала Илью так, что сердце готово было выскочить из груди.

— Сейчас… сейчас…, — бормотал Горняков.

Марта услышала характерный щелчок закрывающейся двери. Но так и не смогла сбросить с себя дурман наваждения. Будто вязла в карамельном сиропе и не собиралась выбираться из него. А Илья только настойчивее целовал ее, ласкал, гладил. А спустя миг, усадил ее на прохладную гладкую поверхность.