Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2

Казалось, что Винченсо вовсе мог проигнорировать ее, но я все же ощутила, как он замер на долю секунды, после чего перехватил мою руку и, сжимая ее около локтя, прижал к коре дерева.

— Мелкая, бесишь своим сопротивлением, — зло выдохнул, продолжая второй ладонью до боли и красных отметин сжимать мою попу.

Медичи казался одичалым зверем, намеревающимся растерзать свою добычу, коей являлась я. Грудь вздымалась от глубоких вдохов, а в руках ощущалась несдержанность силы и приближающаяся потеря самоконтроля. Страшно. Ночь, безлюдный сад и я в руках агрессивного чудовища — почти, как сцена из самого жуткого фильма ужасов.

— Отпусти, — тихо простонала. — Мне больно…

— Нет, Мелкая, тебе не больно. Но ты узнаешь, что такое боль, если еще хоть раз попытаешься убежать от меня, — он сильно злился из-за моей попытки бегства. И эта ярость переплеталась с его желанием, создавая дикий и взрывоопасный коктейль.

Неожиданно, Винченсо отпустил мою руку и, свободной ладонью подхватив меня за талию, приподнял над землей, так, словно я ничего не весила.

Я вскрикнула от неожиданности, тут же ощущая, как рука Винченсо, которой он до этого сжимал мою попу, скользнула вниз к коленке и, в грубом движении заставила мою ногу согнуться, обвивая парня за талию. Так же он поступил и со второй ногой, после чего Медичи перестал меня придерживать и я рефлекторно вцепилась пальцами в его плечи.

— Как же я тебя ненавижу, — с губ сорвались эти слова и я сжала ладонь в кулак, ударив им парня по груди. — Ненавижу! Отпусти!

И вновь мои удары для него показались не ощутимее укуса комара, но по глазам Медичи я поняла, что он почувствовал то, насколько сильно искренней была моя ненависть. Она исходила из израненного сердца и выражала все эмоции, которые вызывал Винченсо.

— Ненавидь, — сказал он мне в губы. Вновь сжал волосы в кулак, не давая мне отвернуться и прервать этот зрительный контакт. — Если хочешь, ненавидь меня, Мелкая. Мне плевать. Я к этому уже привык."

"— Ну, конечно, какая разница, что чувствует девушка, которая тебе нужна только для развлечений в постели? — мне почему-то стало обидно. Удушающе неприятно знать, что я сейчас находишься в руках того, кто меня даже за человека не считал. Поскольку моим защитным рефлексом было нападение, я ядовито спросила: — Что так слабо, Медичи? А? Расскажи, с каких пор ты хочешь меня, плоскогрудую? Ту, которую ты раньше называл недодевушкой? Это у тебя новый фетиш? Или старый? Тебе ведь всегда нравились брюнетки с вьющимися волосами.