Поглощенные обманом

– говорю я самым приветливым тоном.

– Госпожа Волкова, – приветствует он в ответ с грубым русским акцентом.

Внезапная дрожь проходит через меня при этом имени. Когда я думала, что я Уинтер я ненавидела это, потому что ревновала ее – себя. Но когда я была Лией, я отказывалась признаваться, как сильно мне нравилось, когда эта фамилия была привязана ко мне.

– Мне нужно увидеть Яна, Борис.

Он прочищает горло.

– Это невозможно. Приказ босса.

– Ты собираешься применить силу, чтобы остановить меня?

Его и другого охранника глаза расширяются от этого предложения.

– Конечно, нет. Босс убьет нас, если мы прикоснемся к тебе.

– В таком случае, впусти меня.

– Мне придется доложить ему об этом.

– Тогда сделай это. Скажи ему, чтобы он сам пришел и остановил меня. – И с этими словами я проскальзываю мимо Бориса, немного напуганная, немного взволнованная тем фактом, что Адриан может прийти за мной.

Но до этого я должна получить необходимую мне информацию.

Комната, в которой отдыхает Ян, находится на первом этаже, но я смотрю на лестницу. Уинтер там, наверху, и, вероятно, была в течение последних двух месяцев. Она – еще одна загадка, которую мне нужно разгадать.

Если Адриан с самого начала знал, что она не я, почему он причинил ей боль? У меня сжимается грудь при мысли, что я подвергла ее опасности.

В то же время, клянусь, я видела, как она смотрела на нас, когда мы с Адрианом играли с Джереми в саду в то время. Было ли это тоже плодом моего воображения?

Покачав головой, я иду в комнату Яна и тихо стучу в дверь.

– Войдите, – говорит он усталым голосом.

Я толкаю дверь, затем захожу внутрь и сажусь на стул рядом с его кроватью. На тот, который занимал бы Коля, будь он здесь. Для стоического чувака Коля заботится о Яне и показывает это на деле, хотя, вероятно, никогда не признается в этом на словах.

Ян сидит в постели, одетый в синюю толстовку с капюшоном. Его длинные волосы распущены, падают на шею и придают лицу более мягкий оттенок. Цвет его кожи вернулся к нормальному, и призрак смерти медленно отступил от его черт.

Он просматривает телевизионные каналы, не фокусируясь ни на одном из них. Увидев меня, он выключает телевизор и откидывается на многочисленные подушки, окружающие его.

– Ты в порядке?

Он поднимает плечо и морщится.

– Если сходить с ума означает, что я в порядке, тогда, конечно, я думаю, что я в порядке.

Легкая улыбка окрашивает мои губы. Его отношение – это что-то другое, клянусь.

– Кстати, как ты сюда попала? Я думал, что Борис стоит, как адский стражник, у входа в мою тюрьму.

– У меня свои способы.

– Свои способы? Ты снова втянешь нас в неприятности, не так ли?

– Разве это того не стоит?

– Черт, нет. Мне все еще нужна моя шея, большое спасибо.

Я тихо смеюсь, затем делаю паузу, когда он затихает.