Пограничник. Том 6: Шпионские игры

Сначала он пытался убедить их обстрелять мечеть из миномётов. Когда понял, что ни Шер, ни Абдула не в восторге от такой идеи, даже попытался договориться с Абдулой о штурме.

— Штурм будет самоубийственным, — сказал ему Шер тогда, — а ты, помнится, не хочешь жертвовать своей жизнью, чтобы спасти Нафтали. Тогда чьей же жизнью ты готов пожертвовать? Жизнями Абдулы и его людей?

После этого началась перепалка. Видя, что Абдула колеблется между своей мыслью о штурме и предложением Шера о переговорах, Торйалай вышел из себя. Тогда перепалка быстро переросла в поножовщину.

Люди Торйалая, видя, что Шер убил их вожака, сразу попытались отомстить.

«К счастью, у этого дуба Абдулы, — думал Шер, когда всё закончилось, — хватило ума не вносить ещё больший разлад в отряд».

Шер знал, что Абдула не хочет развала «Аистов». Что он недостаточно решительный для таких шагов командир. Что он боится потерять своё место."

"Нескольких людей Торйалая убили сразу. Больше половины с боем попытались прорваться к лошадям, чтобы уйти. Вышло лишь у троих. Ещё троих взяли живыми.

— Нужно что-то сделать с дезертирами, — буркнул Абдула.

Шер спрятал кинжал в ножны. Глянул на Абдулу.

— И что же ты посоветуешь? — деланно заискивающим голосом спросил Шер, — Видит Аллах, ты более опытный командир, чем я.

Абдула задумался.

Шер знал, что он не привык думать своей головой в таких сложных ситуациях. Абдула был неплох в тактике. Умел хорошо командовать людьми в бою, но боялся ответственности в глобальных вопросах.

Потому, кстати, он так быстро стал колебаться и оставил любые решительные попытки протолкнуть свою идею о штурме. Он надеялся, что его поддержат.

Шер знал его как облупленного. Знал, какие подобрать слова, чтобы могучий моджахедин его слушался, сам того не подозревая.

— У нас теперь ещё меньше людей… — пробормотал Абдула нерешительно.

— Верно! Верно, мудрый Абдула! — поспешил ответить ему Шер, — возможно, нам стоит предложить предателям жизнь за службу? А если они не согласны… То что ж… предательство — это харам. Пророк Мухаммад сказал: «Вероломному будет воздвигнуто знамя в Судный день, и скажут: „Это — предательство такого-то, сына такого-то!“»

Абдула снова мрачно уставился на Шера.

— Они подняли оружие против воинов Аллаха, — сказал Абдула ровно те слова, что ждал от него Шер, — но Аллах милостив. Пусть раскаются, и тогда мы позволим им вернуться в наши ряды.

— Это мудро, — кивнул Шер. — А что потом?

Абдула выдохнул. Выглянул из-за скал низеньких скал, что закрывали ему обзор на равнину и мечеть.

— Поведай снова свои мысли о том, для чего ты хотел поговорить с шурави. Торйалай не дал тебе договорить.

Шер улыбнулся:

— Конечно, Абдула.