Погрешность

Честно говоря, для нее стало неожиданностью то, что Степа решит ее познакомить с друзьями. Получается, он ее не стеснялся, от мыслей об этом в груди сразу поселилось что-то слишком теплое и светлое.

— Люди. Приедут, сама спросишь.

— Честно говоря, мне немного боязно.

— Не забивай голову ерундой, никто тебя не съест.

— А вдруг я им не понравлюсь?

— И?

— Ну не знаю… они скажут, что я тебе не пара, ты подумаешь, что они правы…

Громов закатил глаза и толкнул тележку с продуктами вперед.

— К тому же я буду одна девочка.

— За это не переживай, женская компания у тебя будет.

— Кто-то приедет с женой?

— Скорее, она притащит какого-нибудь бодигарда.

— У тебя есть друг-женщина?

— Прозвучало как претензия.

— Ни в коем случае, — Улька поджала губы. — Она красивая?

— Нормальная. Ты решила поревновать?"

"— Нет. Я просто интересуюсь, так, чтобы разговор поддержать. Ага.

— Я думаю, вы найдете общий язык. Она такая же… своеобразная.

— Это ты так завуалированно меня ненормальной назвал?

Степан рассмеялся, притискивая Ульку к себе. Девушка собиралась взбрыкнуть, но мгновенно переменила настрой. Обняла в ответ, касаясь губами шершавой мужской щеки.

Глава 11(1)

Все было в новинку, так, как никогда раньше.

Скажи ему кто пару месяцев назад, что все может так быстро перемениться, он бы не поверил. Ульяна горела своими чувствами, своей искренностью, она вызывала в нем дикие приступы обожания. Иногда Громов и сам не понимал, как раньше мог жить без этих эмоций? Глупо жил, наверное, неправильно. Все чаще посещали мысли о том, что он зря тогда уехал. Ведь мог что-то предпринять, как-то выкрутить сложившуюся три года назад ситуацию, но он храбро сбежал. Спрятался, а когда вернулся, все, что было «до», настигло его с тройной силой.

— Черт! — Ульяна спустилась в гостиную, крепко сжимая в руках телефон.

— Что там?

— Мама.

— Так ответь.

— И что я ей скажу? Она мне весь мозг вынесет. Ладно, — глубоко вдохнула, — привет, мама. У меня все отлично, мы с Лизой…

Дальше Громов не слышал, Улька вышла на улицу, около получаса ходила из стороны в сторону вдоль панорамных окон, жестикулировала. Когда вернулась, уселась на барный стул, закидывая ногу на ногу.

— Мужчины, которые умеют готовить, очаровательны, — заглянула Степке в глаза с искрящейся нежностью.

Громов отодвигает глубокую железную плошку, в которой мариновал мясо для шашлыка, подальше. Моет руки и, вытерев их полотенцем, поворачивается к Ульяне. Аккуратно касается ее волос, ему не дает покоя ее голова. Она не сильно ударилась, снимки почти идеальные, но он почему-то все никак не может найти себе места.

— Может, тебе помочь? Я могу что-нибудь порезать?

— Главное — не кого-нибудь.

— Шутник, — Улька устраивает свои ладошки на мужских плечах.