Пока медведица на небе

 – Клавочка, а что, такие бывают?

– Бывают, еще больше бывают, раза в два, – сказал Борис. – Поверь мне, человеку, у кого в хозяйстве сотня таких красавцев.

– Серьезно? – со всей искренностью, на которую способны только дети, воскликнула Сенька. – Вот бы посмотреть на самого большого, на вожака.

– А вот тут ты не права, самый большой не значит вожак, вожак – тот, который самый наглый, даже не сильный. Все как у людей, кто раньше встал, того и тапки. Был у меня такой, все улететь хотел и стаю свою поднять, сам щуплый был, и у него получалось. Вот поднимется в небо, а его друзья не могут, телеса свои отъели, да и, видать, мечты у них такой не было, а он полетает кругами и садится, не летит без своей стаи. Пришлось ему крылья обрезать, а то чуяло мое сердце: этот подпольщик подбил бы остальных на побег, – захохотал Боря. – Так что, если хочешь, попроси Клаву и приезжайте ко мне на экскурсию, я вам такое покажу, что вам, городским жителям, и не снилось.

Как-то сразу обстановка разрядилась, все стали разговаривать, шутить, и напряжение ушло.

– Ребята, церковь горит, – закричал Карл, забегая в столовую.

Несколько секунд все собирались с мыслями, а потом, осознав услышанное, рванули, кто быстрее.

Кто-то кричал:

– Хватайте ведра.

– Есть огнетушитель?

Действительно, возле церкви метался огонь, но горела не она, горел дровяник, расположенный у ограды. Все побежали с ведрами к колонке, но Карла горящие дрова не интересовали. Он направился к другой стороне дровяника, которая пока не была задета огнем. Там уже на корточках сидел тот, кого так ждал Карл и одновременно очень боялся увидеть. Человек сидел и разбирал в дровах отверстие, но, видимо, никак не мог найти то, что искал."

"– Ты не это ищешь? – спросил Карл, поднимая в руках футболку Ярика, которую они сегодня днем так удачно переделали в мешок для драгоценностей. Карл не думал, что человек будет бороться до последнего, и спокойно ждал капитуляции, тем более где-то рядом в засаде сидел Санек, но он недооценил противника – тот одним скачком подпрыгнул и ударил Карлу ровненько в солнечное сплетение, мир поехал, и, падая, Карл отметил, что специально отложенные дрова для пожара уже успели потушить. «Значит, пригодилась моя идея с заранее подготовленными ведрами, наполненными водой», – подумал Карл и потерял сознание.

1 апреля 1943 годаМатвея Козаря вели на расстрел, он это чувствовал печенкой, а она его еще никогда не подводила. Коммуняки пришли и уходить не собирались, кто-то сдал Матвея Смершу почти сразу, стоило ему только вернуться в Краснодар. Он торговался, он пытался купить себе жизнь, но этим фанатикам ничего было не нужно. Следователь, который вел его допрос, ненавидел его так, что не мог даже скрывать своего желания быстрее расстрелять его.