Полночный ритуал

"

"– Года полтора… – не очень охотно признался тот. – Ну, считай, с самой вашей свадьбы. И чего ты так злишься? Один хрен, больше двух лет ты ни с кем не живешь. У тебя ведь уже есть две новые кандидатки в жены? Ты же через полгода все равно собираешься жениться на другой? А Анька… Знаешь, зря ты собираешься ее бросать. Зря! Она вообще – супер, куда лучше манекенщицы Верки. Та – бревно бревном в постели. Только и того, что ноги от ушей…

Похоже, последнее откровение сына, можно сказать, подкосило его папашу. Мурашнов-старший покачнулся, тяжело опустился на стул и почти простонал:

– Ты что же, уже и с Верой успел переспать?

– Ну да! – охотно подтвердил его сын. – Должен же я был распробовать, что за мачеха у меня будет на этот раз?! Нет, нет, Анютка и смачнее, и азартнее. Огонь-баба!

Слушавшие диалог Мурашновых папа и сын Заливаевы, переглядываясь, беззвучно ухмылялись. Даже на лицах адвокатов, этих пожизненных сухарей, взращенных на статьях и пунктах законов, начало пробиваться некое подобие усмешки. Один лишь Гуров являл саму невозмутимость. Уловив паузу в диспуте Мурашновых, он деловито поинтересовался:

– Будьте добры, полную фамилию, имя, отчество, контактный телефон упомянутой вами Анны. Говорите, говорите, я запомню!

Поскольку папа-Мурашнов, погрузившись в безрадостные думы, ответил молчанием, за него паспортные данные мачехи-любовницы сообщил Борька:

– Сластухина Анна Васильевна, телефон… – достав из кармана свой гаджет, он назвал ее номер.

– Хорошо, на данный момент вы трое можете быть свободны, но персонально к Борису-младшему просьба из Москвы никуда не выезжать, пока факт алиби не будет оформлен документально, в установленном законом порядке, – строго уведомил Гуров. – Все, можете идти!

– Сейчас, сейчас… – Охая и вздыхая, Мурашнов-старший попытался встать на ноги, но это ему не удалось. – Ноги отказали, твою дивизию!.. Борька, помоги, что ли, встать!..

Сын кинулся на выручку отцу, но и с его помощью тому подняться не удалось. Лев тут же догадался, что эта «немощь» – не более чем уловка, чтобы остаться здесь и послушать, что и как будут рассказывать Заливаевы. Но папа-Заливаев решил опередить события и с некоторым апломбом поинтересовался:

– Послушайте, полковник, ну а в каком контексте мой Даня оказался в роли подозреваемого? У него-то какие могли быть причины покушаться на жизнь своей однокурсницы? С ней переспать он не собирался, пари он выиграл, с чего бы питать к ней что-то нехорошее?

– Я располагаю информацией, что еще до спора с Борисом Даниил предпринимал попытки вступить с Лилией Кипрасовой в интимную связь, но получил от ворот поворот, – пояснил Гуров. – Позже, в разговоре с одной из своих подруг, она сказала, что Даниил Заливаев – гомосексуалист или что-то наподобие.