Попаданка для дракона

— Раздевайся, — скомандовала прекрасная женщина, разжимая тиски.

— И не подумаю, — я отошла на нее на несколько шагов, искоса наблюдая и потирая руку, на которой уже начали наливаться синяки.

— У нас вся прислуга ходит в единой форме. Это раз. Такой замарашки, как ты еще поискать надо. Это два. Так что быстро разделась.

Не то чтобы я стеснялась, но раздеваться в присутствии этой тетки не было желания.

— Выйдите! Я сама со всем разберусь.

Она только бровь кустистую подняла и без предупреждения дернула рычаг на стене. Тут же на меня со всех сторон обрушились потоки холодной воды.

И сверху, и с боков, и вообще ото всюду били сильным напором. Я завизжала, выставила вперед руки, пытаясь прикрыться, но вода хлестала так, что никаких шансов на спасение не было.

— Хватит! — побулькала, с трудом отплевываясь, — прекратите, пожалуйста! Я все сделаю!!!

Офелия снова дернула рычаг, и вселенский потоп закончился.

Не желая больше ее провоцировать, я начала раздеваться. Путаясь в подоле и завязках, безудержно трясясь и стуча зубами, стащила с себя платье, потом стянула нательные ленты.

— Сюда бросай, — она кивнула на дыру в стене.

Я послушно бросила туда тряпки и осталась, в чем мать родила, перед грозным взглядом надсмотрщицы.

— Тощая какая!

Это она меня еще сразу после болезни не видела. Вот где страх был. А сейчас я уже немного округлилась и даже легкий румянец наела.

— Уж какая есть, — я развела руками и больше ничего не успела сказать, потому что Офелия снова потянула рычаг. В этот раз полилась горячая вода. Маленькое помещение тут же паром наполнилось, а я снова вопить начала.

Через минуту пытка закончилась. Красная, распаренная как поросенок в негодовании смотрела на нее, не находя слов чтобы выразить все, что кипело внутри.

— Мыло вон там, — она кивнула в сторону деревянной кадки в углу, — мойся!

— Будете смотреть? — недовольно проворчала я.

— Буду, — скупой ответ совсем не добавил хорошего настроения, но делать нечего.

Мыться так мыться, пусть смотрит.

Подняв тяжелую крышку, я обнаружила внутри коричневую вязкую жидкость, резко пахнущую дегтем. У Оллина это добро в комочках было, таких что не размылишь нормально, а здесь тянулось, проскакивая между пальцев.

Я зачерпнула местного геля для душа, густо шлепнула себе на плечо и начала мылиться. Вонища, аж глаза резало, но пена хорошо расходилась. Еще зачерпнула коричневой жижи и положила себе на макушку, в очередной раз радуясь тому, что остригла волосы.

Вскоре Офелия, равнодушно наблюдавшая за моим мытьем, решила, что достаточно, и снова врубила горячую воду. В этот раз я была готова и вместо того, чтобы орать, принялась с остервенением тереть кожу, которая тут же начала скрипеть от чудодейственного средства.