Попаданка на 30 дней

Мои щеки немного покраснели, картинки чужой близости слишком остро стояли перед взором, невольно заставляя представлять на месте любовников нас с Рейтаном.

— Хотя прилюдно он меня не унижал до того, как я тайком не отправилась в цитадель.

Но, понимаешь, это ужасно, что он думает, будто мстит мне подобным доминирующим на грани жестокости отношением, а я на самом деле получаю удовольствие. И я боюсь признаться ему в этом. И это ужасно.

Она выпалила все как на духу, а я боялась пошевелиться и что-либо сказать на её откровение. У каждого свои пристрастия в постели, свои взгляды и вкусы, потому я не могла ни осуждать, ни порицать.

Просто мне было по-настоящему жаль влюбленную девушку, которая совершила ошибку даже не по своей воле, а теперь расплачивается отсутствием доверия в отношениях с любимым человеком. Надеюсь, меня подобное не ждет по хитрости богов.

— Не знаю, что и сказать, — пробормотала я, — ты не пробовала ему открыться?

— И сказать, что боги хотят избавиться от него? — хмыкнула Элея. — Кто в это поверит?

Пожалуй, она права. Звучит бредово. Да и нельзя подобное говорить. Боюсь, нас казнят за богохульство, причем боги даже не станут этому препятствовать.

С ними шутки плохи.

— Ты права, — ответила я и решилась откровением ответить на откровение: — Я все пытаюсь найти выход из этой ситуации. Понимаешь, я виделась с Яраати. Она убедила меня, что выход существует, что она вовсе не хочет избавляться от Амитана.

— Избавляться от Амитана?

О, кажется, нам предстоит долгий разговор.

— Ты завтракала? — спросила я. Девушка отрицательно качнула головой.

— С самого утра Илантри потащил меня сюда, чтобы я следила за тренировкой.

— Если ты уйдешь, он разозлится?

— Он в любом случае разозлится, — хмыкнула она. — Так что идем завтракать.

Я кивнула. Мы вышли из амфитеатра. По дороге я рассказала Элее всё, что знаю о богах, посланниках и легендах. Девушка слушала внимательно, но, к сожалению, поделиться какой-нибудь информацией в ответ не могла: она просто ничем не интересовалась, смирившись со своей участью.

— Я уже просто приняла как данность, что жить мне в этом мире всего тридцать дней.

— Понимаю. Я тоже в какой-то момент опустила руки, но.

.. не смогла. Я решила бороться за себя, а потом и за весь Амитан."

"Мы уже пришли в столовую и подошли к столу с едой. Я умолчала лишь об одном: не стала говорить о кольце, которое способно исполнить одно мое желание. Мне казалось это несправедливым, ведь у Элеи подобного шанса на спасение не было. Если нам ничего не удастся, девушка погибнет, растворится, так и не выполнив свою миссию. А я очень сомневалась, что она решится на убийство Илантри. По крайней мере, я бы не смогла лишить жизни возлюбленного.