Порожденная грехом. Часть 2

— Стать хорошим Капо для Фамильи моя единственная цель в жизни. И не волнуйся, Марселла всегда называет меня свободным.

Я усмехнулся.

— Она упомянула, что тебе везет с девушками, особенно с некоторыми из ее подруг.

Амо пожал плечами и посмотрел на небо.

— Еще несколько дней свободы, ты должен наслаждаться каждой секундой. Нервничаешь?

— Я не теряю свободу. И единственное, что меня нервирует, это путешествие с твоим отцом.

Амо ухмыльнулся.

— Да, удачи тебе.

* * *К моему удивлению, мы с Лукой ни разу не пытались убить друг друга во время нашей поездки в Вегас. Мы действительно нашли темы для разговора, в основном о тактике ведения боя. И я понял, что мафиозные семьи на других территориях были еще более запутанными, чем Фамилья.

Когда мы с Лукой вернулись из нашей однодневной поездки, Ария и Марселла уже ждали нас в фойе особняка Витиелло.

— И? — прошептала Марселла, обнимая меня.

— Мы оба живы и невредимы, это должно дать ответ на твой вопрос.

Марселла закатила глаза.

— Но вы поладили?

— Скажем так. Мы не нравимся друг другу чуть меньше, чем раньше.

— Думаю, это лучшее, на что я могла надеяться.

— Белоснежка, ты пытаешься сдвинуть две очень упрямые горы, но на это нужно время.

— Я могу быть ужасно нетерпеливой.

— Я бы никогда не догадался."

"Марселла тронула мое сердце.

— И ты все еще готов сказать «да»?

— О да.

Глава 25

МарселлаКогда я представляла себе день своей свадьбы в прошлом, каждая мелочь была спланирована до совершенства, все было направлено на достижение одной цели: максимального эффекта. Я всегда чувствовала на себе давление дочери Капо, связанной бесчисленными правилами и обремененной еще большим количеством ожиданий. Я не боялась провалиться, потому что не допускала такой возможности. Я бы старалась изо всех сил, чтобы провал был невозможен.

Я все еще не боялась неудачи, хотя теперь вероятность провала в глазах общества была вполне реальной. Я уже потерпела неудачу во многих глазах, нарушила вечные правила и не оправдала надежд, следуя своему сердцу, осмелившись просить места в мире, который был моим собственным в той же степени, что и мир Амо, Валерио или любого другого мужчины. Я проливала кровь, как это делали мужчины, терпела пытки и боль. Все ради Фамильи, моего Капо — то, что он был моим отцом, не имело значения.

В прошлом я не принимала во внимание любовь, потому что в нашем мире ее было трудно найти, особенно такую безграничную и сильную, как любовь моих родителей. Я была уверена, что у меня никогда не будет ничего подобного, и решила не рисковать. Я довольствовалась связью по расчету, легкой привязанностью. Тогда мне было страшно. Но после Мэддокса я обрела храбрость.

Раздался стук.