Порожденная грехом. Часть 2

— Могу я поговорить с тобой после тренировки? — спросила я.

— Я буду в кабинете, просто зайди.

— Можно мне с вами? — спросил Валерио, когда мы с Амо направились в подвал.

— Конечно, но мы хотим потренироваться, так что тебе стоит надеть спортивную одежду, — сказала я.

— Сейчас вернусь! — воскликнул Валерио, уже кружась на месте и мчась наверх.

— Он как белка на стероидах. Откуда он берет всю свою энергию? — пробормотал Амо.

Я усмехнулась и последовала за Амо вниз в его спортзал.

Амо показал мне, как наносить удару по боксёрской груше, делая это без особых усилий, и вскоре мои костяшки пальцев пылали. Валерио ворвался внутрь, с длинными конечностями и взъерошенными волосами. Вскоре мы все смеялись, по очереди нанося удары по груше. Даже Амо в кои-то веки отнесся к своей тренировке полусерьезно.

Когда через некоторое время я вновь поднялась наверх и направилась в папин кабинет, я чувствовала себя самой счастливой за последнее время. Сегодняшний день еще раз показал мне, что я могу пережить все, что угодно, пока у меня есть моя семья.

Постучавшись, я вошла в кабинет. Папа натянуто улыбнулся мне.

— О чем ты хочешь поговорить, принцесса?

— Я хочу услышать твоё честное мнение о том, как я могу заслужить уважение твоих солдат и действительно стать частью Фамильи. Работа в пол силы не поможет, теперь я это понимаю.

— Они не станут воспринимать тебя, как часть Фамильи, пока мы официально не сделаем тебя ее членом.

— Тогда позволь мне принести клятву.

Отец покачал головой.

— Тебе придется порезать ладонь и набить татуировку.

Я подняла брови. Глаза отца переместились на мочку моего уха, на мгновение став страшными, прежде чем он испустил резкий вздох.

— Я жалею, что не убил Эрла. Ты уверена, что не хочешь, чтобы я прикончил других Уайтов?

Грей и… Мэддокс. Человек, который постоянно всплывал в моей голове без приглашения. Убийство его ничего не изменит.

— Да, я уверена, — твердо ответила я. Я подошла к отцу и обвила руками его шею. — Может, твоим людям необходим жест, который покажет, что я действительно хочу этого и что ты потребуешь от меня определенных вещей в свою очередь. Я не против порезать свою ладонь, пап. Не после того, как пережила «Тартар».

— Потому что ты страдала от порезов руками «Тартара» из-за меня, я не хочу, чтобы ты страдала от них снова.

— На этот раз это будет на моих условиях, мой клинок будет наносить порезы.

— Тем не менее, это будет больно.

— Я справлюсь, — твердо сказала я.

— Я знаю, что ты справишься. — папа коснулся моей щеки. — Но я не позволю тебе набить татуировку перед целым залом подглядывающих мужчин. К тебе всегда будут относиться по-другому, татуировка этого не изменит.

Я знала, когда нужно прекратить переговоры.