Порванная струна

Людочка числилась инженером отдела кадров, умела обращаться с компьютером и вела на этом компьютере всю кадровую документацию.

– Людочка! – воззвал от дверей Раймонд Генрихович. – Людочка, ангел небесный! Выручите старика! Еле до вас добрался через всю эту фортификацию.

– Чем вам помочь, Раймонд Генрихович? – Людочка подскочила на своем вертящемся стульчике и захлопала ресницами: профессор Зайончковский нечасто баловал своими посещениями отдел кадров.

– Вот какая история, Людочка, – начал неторопливо профессор, усевшись на подставленный Людочкой стул и опасливо оглянувшись на маячившего в глубине комнаты Тархуна, – у нас в лаборатории работал очень недолго один молодой человек. То есть он, собственно, почти и не работал, – смущенно пробормотал профессор, вспомнив всю эту не очень понятную историю.

– Так работал или не работал? – уточнила Людочка.

– Вообще-то практически не работал. Он пришел, написал заявление… мне срочно нужен был лаборант, и я разрешил ему выйти на работу буквально в тот же день, с тем чтобы он позднее принес вам трудовую книжку и его прием оформили приказом. Но потом начались какие-то недоразумения, и до приказа дело так и не дошло. Так вот, я хотел бы найти его координаты…

Профессор Зайончковский решил пока никого не посвящать в темную историю с флюосцином, особенно это касалось грозного начальника отдела кадров – кроме неприятностей, от Тархуна никто ничего не ждал.

– Как его фамилия? – деловито осведомилась Людочка, защелкав пальцами по клавишам компьютера.

– Рузаев, – ответил профессор.

Людочка уставилась на экран и огорченно протянула:

– Ой, а у меня такой фамилии нету… Ну да, я вспомнила: он так и не пришел, приказа не было, я и стерла первичную запись…

– И что, ничего теперь не найти? – сокрушенно вздохнул Раймонд Генрихович.

– Похоже, что не найти. Он же уволился. То есть не уволился, раз на работу не поступал. И чтобы не загромождать отчетность, я и стерла его данные. Раз не было приказа о зачислении, то не было приказа и об увольнении.

– То есть по-вашему получается, что этого человека вообще не было у меня в лаборатории? – заволновался Раймонд Генрихович.

– Если я буду всех посторонних в компьютер заносить, то никакой памяти не хватит! – сурово отрезала Людочка.

«Черт знает что!» – подумал профессор, но сделал несколько полных вдохов, успокоился и решил, что обратится за помощью к Марии Потаповне, придумав для этой цели какую-нибудь безобидную историю.

Однако когда он, привычно ругаясь на свалку, добрел до собственной лаборатории, оказалось, что рабочий день кончился и все сотрудники, а с ними и Мария Потаповна, разбрелись по домам."

"Мария Потаповна пригубила чай и поморщилась: опять подсунули подделку, хотя вроде бы «Липтон».