Порванная струна

Она так растерялась, что даже забыла спросить, из какой я квартиры.

А яд из ампулы я перед самой встречей на цветок вылил – он на растения никак не действует, поэтому его как инсектицид и хотели использовать…

– Ужас какой! – невольно вскрикнула Соня.

Юрий бросил на нее непонимающий взгляд и пожал плечами:

– Ампулу я раздавил на пустыре, на свежем воздухе, там не могла создаться опасная концентрация, а потом упаковал горшок с цветком в пластиковый пакет и приоткрыл его только на несколько секунд, когда показывал цветок Анне, так что опасность была минимальной.

– Какая предусмотрительность! – Соня презрительно усмехнулась.

Юрий снова бросил на нее равнодушный взгляд и продолжил:

– Через некоторое время я зашел со служебного входа в филармонию и увидел там некролог. Дело было сделано.

– Ну а что же теперь? – тихо спросила Соня. – Если, как ты считаешь, ты так много сделал для моей победы в конкурсе, какого же лешего тебе теперь нужно? Зачем ты меня похитил? Ведь если ты меня убьешь, я точно не смогу участвовать в конкурсе!

– Я хотел, – говорил Юрий, совершенно ее не слушая, – я хотел подарить тебе мир. Совсем как в сказке: бедная Золушка вдруг становится принцессой. Кстати, – он как-то неприятно хихикнул, – у нас и получилось бы как в сказке. Там тоже устранили противных сестер-соперниц Анну и Марианну. Золушке помогла фея, я тоже мог бы стать твоей феей…

– Господи! – в панике произнесла Соня и добавила громче, чтобы достучаться до больного сознания: – Насколько я помню, фея в сказке не убивала старших сестер и Золушка взяла их к себе во дворец."

"Она хотела сказать еще о том, что счастье Золушки не в богатстве и нарядах, а в том, что она встретила прекрасного принца, но решила не усугублять.

– Ты же не только девочек убил, а похоже, и меня собираешься…

– Я не собираюсь тебя убивать, – ответил Юрий голосом обиженного ребенка.

– А что же ты собираешься делать? Запереть меня в клетку и кормить сосисками через прутья? Тоже неплохой вариант!

– Стоило бы! – зло бросил Юрий. – Хорошего отношения ты не ценила. Как все женщины, ты понимаешь только грубую силу. Кто он – этот твой… приятель? Наверняка ничего не смыслит в музыке.

– Слушай, ты, глубокий ценитель! – взорвалась Соня. – Я не собираюсь обсуждать с тобой своих друзей. И не собираюсь спрашивать разрешения встречаться с ними.

– Вот как ты заговорила! – Юрий усмехнулся. – Не собираешься! Ну, дорогая моя, ты и не сможешь ни с кем встречаться. Теперь я – твой единственный друг, я – твоя аудитория, ты будешь играть только для меня, жить, пока я позволю, и делать то, что я пожелаю! Ты понимаешь только силу – так вот: сила на моей стороне.

«Что делать? – думала Соня. – Он маньяк, совершенно ненормальный.