После

Там действительно пустота вокруг, к темноте ближе они жутковато выглядят. Да еще и стаю собак бродячих спугнули, хорошо что небольшую, а то большие на кого угодно кинуться могу. Странно, что их тут не отстреляли. Или эти уже научились смываться вовремя? Скорей всего, вон как дернули.

Нужный бокс нашли быстро. На подходе посвистел «Сердце красавицы склонно к измене», и сразу из ворот появился темный силуэт с автоматом наперевес.

— Леха, как тут?

— Тихо, — ответил радист, карауливший закладку. — Ни души.

— Ну и славно. Наши через… — Я глянул на часы со смутно мерцавшим циферблатом.

— Через час должны быть. Так что готовимся пока.

В тайник наши закинули все, что нужно. Автоматы, подсумки с магазинами, гранаты, комплекты обычного армейского хэбэ, которое потом и выбросить можно, плащ-палатки. В них сейчас многие ходят, а в темноте ни лица под капюшоном не разглядеть, ни оружия под самой накидкой. Ну и маски, маски у нас всегда при себе.

Взял один АКМС, свернул компенсатор, навертел на его место глушитель. С виду похож на штатный ПБС-1, но сделан из металла целиком, так что почти вечный. Глянул на патроны в магазинах — все правильно, «уэсы» дозвуковые, но есть и нормальные, на случай, если что-то совсем не так пойдет.

Если со штатным пэбээсом выстрелить таким, то тот просто улетает, а этому хоть бы что. Но намного громче получается, а нам надо все тихо сделать.

Переоделся, сложив с себя все в непромокаемый мешок, надел «лифчик» с магазинами. Убедился, что маска в кармане. Очки, правда, снять придется, но я без них не совсем слепой, справлюсь, а то больно приметно получится, этого нам не надо.

Посидели, покурили, попили чаю из термоса, потом шаги услышали, а заодно и свист.

«Снова между нами города», все как условились. Остальные подошли."

"Ждали еще полтора часа, давая возможность пьющим нажраться, а темноте сгуститься. Летние ночи все же короткие. Курили, разговаривали шепотом, стараясь задавить растущее волнение. Сколько я уже войнами с бандитами занимаюсь, а все никак не могу от «трясогуза» перед делом избавиться. Да и никто не может, наверное. Прошлись несколько раз по плану, рисуя схему и подсвечивая ее фонариком, немного поспорили, но именно что немного, план вырисовывался очевидный.

Потом засуетились и пошли. Сначала вдоль забора гуськом, дальше разделились на две группы, чтобы меньше внимания привлекать, но во дворах было глухо, темно и пусто. А вот из «Медведя» музыка доносилась, блатота какая-то хрипучая. Магнитофон крутят.

— Коль, давай с Мартыном к задней.

Они подняли зеркало над забором, убедившись, что в темном дворике никого нет. В уборной кто-то заседать может, так что подождали немного в тени, прислушиваясь — нет, ни единого сопутствующего звука.

— Слушайте, короче.