После

А мы проехались снова мимо Прокоповой базы, найдя ее опустевшей. Ворота нараспашку, двери открыты. Подумав, завернул туда.

— Свалили они, что тут делать? — спросил Славян.

— Так, посмотреть хочу, — ответил я, загоняя уазик за здание, чтобы даже случайно его не разглядеть было со стороны дороги.

Взял «ксюху» с глушителем, накинул ремень на плечо. Славян у машины остался, курить.

Поврежденные мной машины так и стоят, их только за гаражи оттолкали, чтобы не мешали. В самих гаражах тоже разор. Прошелся по зданиям — кругом следы того, что люди… нет, это не люди, обитатели съехали. Нашел две большие подвальные комнаты в конторском доме, с железными дверями и валяющимися на полу навесными замками. Внутри деревянные полати с матрасами, тумбочки какие-то, в одной из комнат два зеркала на стене. Тут наложниц держали, значит.

Новых рабов успели завести? А если успели, то куда они делись? Увезли с собой? Продали в городе? В новую банду «взносом»?

В «жилом корпусе» нашел с некоторым удивлением баню прямо в подвале. Добротную такую, с предбанником, диванами и длинным столом. Еще нашел, где общак держали или просто что-то важное — на полу кусок фальшстены и там же металлический ящик, который прятали в тайнике. Открытый и пустой, понятное дело.

Куда оставшиеся смылись, интересно? В Вышний или, наоборот, как можно дальше? Могли ведь подумать, что это местные их за какой-то косяк положили, вот и сдернули с общаком в поисках безопасного места. Скорей всего, так и есть, но может, к другой банде в городе прибиться попытались.

Прокоп, похоже, отдельную квартиру занимал, однокомнатную, а остальные по двое жили. Мебель тащили отовсюду, что-то вручную сделано, но так комфортно устроились, хорошо жили. На стенах выцветшие страницы из какого-то иностранного журнала с голыми девками. Разжились где-то, «сеансы секли». В конторском доме даже столовка общая есть, с двумя длинными столами, за дверью кухня.

Интересно, сколько их осталось? В тот раз на базе трое было, то есть от двух до трех. Их бы тоже надо, вообще-то, на ноль помножить.

Нехорошо как-то здесь, словно дух какой-то остался, аура. Давит сильно. Вообще в Вышнем мне плохо, хочется хотя бы в Торжок уехать, к нормальной жизни, с Саней вон в баню сходить, потрепаться, пива попить с рыбкой.

Закурил, выпустил дым под потолок. Почему не ухожу? Что здесь еще держит? Как-то прямо под сердцем тяжесть, ощущение такое, что вроде и убил Прокопа, но мало убил, недостаточно. Нервы разгулялись, даже руки чуть задрожали. Может так быть, что плохие люди так запоганивают собой место, что это потом на нем как плесень остается? Как гниль какая-то? Сейчас вот готов в такое поверить, честно говорю.

На первом этаже в одной из квартир нашел несколько мешков и четыре деревянных ящика.