Алёнушка для босса (СИ)

Слишком уж быстро между нами всe происходит, и пока каждый раз - как первый."

"Ну давай же, мысленно призываю я себя. Надо просто обернуться и посмотреть в его глаза. Показать, как мне хочется почувствовать эту радость - быть живой и любимой, - именно с ним. Мужчиной всей моей жизни с большой буквы.

Тихий шлепок упавшей губки заставляет меня вздрогнуть. Бояров вдруг обнимает меня обеими руками, сплетает их на моем животе... и прижимается губами к шее. В этом долгом поцелуе чувствуется его болезненная, буквально жизненно важная потребность в близости.

- Я себя переоценил. Извини, - невесело усмехается он, но при этом непрерывно продолжает водить губами по изгибу моей шеи, словно не может остановиться.

- Ты столько пережила и должна отдохнуть, а я только и думаю о том, как хочу тебя. Вот сволочь, да? Сейчас... еще немного, и я... возьму себя в руки...

Каждую часть своей последней рваной фразы он сопровождает такими горячими поцелуями по всей линии моих плеч, что у меня ноги подкашиваются. Только кольцо мужских рук на талии и держит, потому что сам Бояров явно старается не прижиматься ко мне своим телом.

- Не надо, - слабым голосом отвечаю я, изнемогая от сладких молний удовольствия от его действий.

- Да, милая... я сейчас уйду и принесу тебе новое полотенце... - обещает Бояров, жарко лаская губами мою спину в районе лопаток. Голос его звучит напряженно, как натянутая струна.

- Нет, - мотаю головой.

- Не надо полотенца?..

- Не надо уходить, - отвечаю ему и наконец решительно поворачиваюсь к нему лицом. - Останься со мной. Я... люблю тебя. И тоже хочу.

Реакция на новое признание следует незамедлительно. С тайным восторгом вижу, как зрачки в серо-голубых глазах Боярова резко расширяются.

А затем его красивое лицо озаряет такая широкая, понимающе-счастливая улыбка, что оно становится совсем мальчишеским.

- Я надеялся, что ты это скажешь еще раз.

Не сводя с меня глаз, он ловит мою руку и целует ее, как будто мы с ним танцуем на школьном выпускном, а не стоим голые под горячим душем. И это впечатление только усиливается, когда Бояров сгребает меня в охапку и мягко кружит. Инстинктивно я обхватываю ногами его за пояс, чтобы не соскользнуть вниз, и нервно предостерегаю:

- Ты в курсе, что мы оба можем тут упасть, если ты и дальше будешь такие пляски в душе устраивать.

.?

- В курсе, строгая ты моя! - хмыкает он, всe ещe сияя от счастья, как мальчишка. - Но не бойся. Тебя я удержу.

Он говорит об этом так, словно речь не только о душе. Но едва я об этом задумываюсь, как новый поцелуй выбивает все связные мысли из головы. Бояров впечатывает меня спиной в стену и виртуозно ласкает самые потайные места, будто мастер, играющий на музыкальном инструменте. И каждая моя внутренняя струнка отзывается на его прикосновения чистым звуком блаженства.