Алёнушка для босса (СИ)
Я - Алёна, обыкновенная мать-одиночка. До недавнего времени я работала бухгалтером в рекламно-издательской конторе босса - невероятно харизматичного остроумного красавчика, которому на днях мой младший брат Ванька дважды разбил дорогую машину. Но по какой-то причине босс не требует компенсации ущерба, а меня назначил помощницей. В чем же причина его лояльности, если мы с ним знакомы всего ничего? А может, причина кроется в моих фотографиях, случайно обнаруженных в его кабинете? Что ж, я разгадаю эту загадку, босс! История о третьем Боссе, ч.2. По мотивам сказки об Алёнушке
- медсестра-регистраторша Дашуня небрежно откашливается и прячет взгляд в монитор своего компьютера. - Клeнову вчера стабилизировали, и ночью она пришла в себя. Врач подойдет, как освободится. Ждите возле...
- А зачем ждать? - мягко ее перебивает голос Боярова за моей спиной. - Мы вашего врача сами найдем. Тем более, что он сейчас не занят.
Мощная Дашуня не слишком дружелюбно зыркает на него исподлобья.
- Откуда такие сведения?
Бояров делает многозначительное лицо. Затем кивает на потолок, из-за чего мы все, включая медсестер, Ваньку с Алисой и какого-то деда с колбой для анализов неподалеку, машинально задираем головы наверх.
"Медсестра грозно сдвигает брови, а Бояров лукаво ей сообщает:
- Главврач ваш по телефону мне шепнул только что.
Кабинет полноватого лысого врача, который накануне обрисовал мне мрачные перспективы для бабушки, находится на втором этаже.
«Невролог Пименов Пeтр Алексеевич», - значится на табличке.
Дверь открывается раньше, чем мы к ней подходим, и в коридор выходит сам невролог, не глядя по сторонам. Только не один, а в компании невысокого подтянутого мужчины в очках.
- Не вижу никакой проблемы, Пeтр Алексеевич, - спокойно говорит последний. - В нашей клинике лучшие показатели постинсультной реабилитации.
- Ну, для начала нужно получить согласие родственников, - невролог задумчиво хмурится. - И я не очень понимаю... это у вас какая-то благотворительная программа? Или пациентка какая-то особенная? Вчера подключаетесь через начальство к чужой операции, сегодня уже дорогостоящую реабилитацию в своей частной клинике предлагаете...
- Да, - вдруг хмыкает его собеседник.
Он кивает на нас - точнее на Боярова рядом со мной, - и Пeтр Алексеевич живо оборачивается. Клочковатые брови изгибаются, делая его лысую голову очень похожей на удивленное яйцо.
- Что происходит? - взволнованно спрашиваю я, начиная понимать, что мои догадки возле стойки регистрации вполне могут оказаться верны.
Бояров вдруг на ходу ловит мою руку и, приостановившись, поднимает ее вверх... чтобы на секунду прижать к своим губам. Яркие серо-голубые глаза немного иронично сощуриваются.
- Твои проблемы - это мои проблемы, Алeнка. Просто запомни это. Я обещал помочь, и помогаю.
Чувствую, как в груди от его слов расцветает вспышка нежного тепла и переносится в легкий румянец на щеках.
- Ты обещал ночью, - зачем-то возражаю я. - А операцию провели еще вчера.
- Ну, Лебеда предупредил-то меня сразу, как ты уехала. А с инсультом не шутят. Я попросил подключиться знакомого нейрореаниматолога для надежности. Он тут неподалеку как раз в клинике неврологии и нейрохирургии главным отделением заведует...















