После падения

 – Я здесь не для этого. Я должна была сказать тебе, и я это сделала.

Мне необходимо убираться отсюда. Срочно. Джейсон злится. Я тоже злюсь. Мы поругаемся, но это не даст результатов. Я не хочу, чтобы наш последний разговор был таким.

Последний разговор…

Когда я осознаю это, мне становится тошно.

Я хочу быть с ним. Хочу!

Но не могу. Во мне так глубоко укоренился этот барьер, он всегда будет стоять между нами. Я не смогу забыть, в моменты ссоры стану припоминать ему – я себя знаю, и в итоге мы возненавидим друг друга."

"– Ты делаешь это, чтобы досадить мне? – притихнув, спрашивает он. – Это твой способ наказать меня?

Он прожигает меня тяжёлым, грозовым взглядом, от которого всё внутри стынет. Его слова вызывают ужас.

Моргнув, я поражённо раскрываю рот.

– Считаешь, я способна на такое? – голос становится тоньше, выше. – Дело не в тебе, не в нас! Во мне! – я бью себя рукой в грудь. – Да, это и твой ребенок, но в итоге от меня зависит, что с ним будет! Это на мне повиснет ответственность, к которой я не готова! Посмотри на нас! – я махаю рукой. – Ни один ребенок не заслуживает таких родителей. Что смогут дать ему два морально мёртвых человека?

Джейсон вздрагивает от моих слов, как от удара. Да, они жестоки – но разве это неправда?

С нашей стороны будет преступлением привести в этот мир нового человека, когда в наших жизнях творится полнейший бардак.

Мы с собой не можем справиться!

– Каким он будет с такими родителями? – растеряв запал, шепчу я, не спуская глаз с Джейсона.

Он отступает, тяжело привалившись к стене и зажмурившись, сдавливает переносицу пальцами.

Где-то внутри зреет чувство сожаления за сказанное, но я глубоко вздыхаю и стискиваю зубы, гоня от себя любую слабость.

Стуча каблуками по паркету, быстро направляюсь к двери. Джейсон не пытается меня остановить, но, когда мои пальцы обхватывают ручку, он зовёт меня, заставляя замереть. Я прикрываю глаза, но не оборачиваюсь, всё ещё сжимая дверную ручку, готовая в любой момент уйти.

– Сара.

Моё имя на выдохе срывается с его губ. В голосе больше нет агрессии, нет злости, упрёка. Только странная грусть и мольба. Если бы он кричал, я бы ушла без колебаний, но сейчас не могу. Я словно рвусь на две половины, не зная, как поступить.

Джейсон подходит ближе, я чувствую его за спиной. Останавливается совсем рядом, но не касается меня – осторожничает.

Его дыхание, ускоренное, взволнованное, достигает моих волос на затылке. Ему и касаться меня не надо, так явственно, сильно я чувствую его на своей коже.

– Сара, – повторяет он, а я сильней сжимаю ручку – мне надо за что-то держаться, чтобы не развернуться и… окончательно пропасть.

– Не делай этого, – едва слышно просит он. – Он всё, что осталось от нас.