Последняя буква Севера. Книга вторая

– Ого, теперь ты задумался о моих чувствах?

Взяв полупустую пачку, достаю из нее сигарету и зажигалку.

– Ты ведь бросила. Не делай этого. А еще боюсь, что с похмелья меня стошнит от запаха сигарет.

Чиркнув зажигалкой, я затягиваюсь и выдыхаю дым в лицо Оливера. В глазах на мгновение темнеет, во рту пересыхает, легкие сводит, голова немного кружится, и я захожусь кашлем от горького дыма.

– Я не просила тебя жениться на мне, я хотела, чтобы мы вместе пережили эту ситуацию. Мы оба были пьяны и совершили ошибку.

– Я хочу быть рядом, не хочу терять тебя, Мик. Но речь не о моих желаниях, а о том, как тебе будет комфортнее. А вдруг я снова сойдусь с Констанс, что тогда? Не знаю, готова ли ты все забыть?

Не знаю ответ на этот вопрос, действительно не знаю. Прошло слишком мало времени, не уверена, что алкоголь до конца выветрился из организма.

Оливер задает правильные вопросы, которые делают больно. Я знала, на что шла, или думала, что знала. Рискнула, открылась и потеряла его. И сейчас мне нужно будет смотреть в его спину, видеть, как он уходит и оставляет меня."

"Я разочарована в первую очередь в себе. Может, бабушка не зря с самого детства говорила мне, что любовь – это не подарок, а наказание? Я множество раз позволяла Оливеру Хартли пинать мое сердце, но, кажется, последний пинок выбил его из моей груди, оставив внутри черную дыру.

Внезапно все чувства и эмоции словно ссыхаются, я опустошена. Нет ни боли, ни сожаления, ни вины.

– Хочу «Лаки Чармс», – говорю я, глядя перед собой.

– Что?

– С маршмеллоу и арахисом. – Поднявшись, я бросаю сигарету в жестяную банку.

– Микки?

– Я в Волмарт.

Захожу в трейлер, чтобы взять телефон и скейт, перед выходом накидываю куртку. Оливер смотрит на меня как на сумасшедшую, возможно, я и правда свихнулась.

Закрыв дверь на ключ, бросаю связку в карман и, зажав скейт под мышкой, иду к дороге.

– Микки!

– Увидимся в школе.

Встав на доску, я отталкиваюсь, снова и снова, чтобы набрать скорость и убраться как можно дальше от Оливера. Я уйду первая, не стану смотреть на то, как он оставляет меня и ломает окончательно. Пошел к черту. Точно знаю, что он не поедет за мной, мы оба были не готовы к этому разговору. Грудная клетка горит от непролитых слез, но я снова включаю эмоциональный блендер.

Не думать и не анализировать. Это самое главное.

Мысленно напевая рекламный джингл «Лаки Чармс», я доезжаю до Волмарта. Держа скейт за подвески, я поспешно иду вдоль рядов с продуктами и сворачиваю в отдел сухих завтраков.

В кармане звонит телефон и, увидев на экране «Задница», я испытываю облегчение и даже радость.

– Я не отключался, а значит ты сбросила трубку, – хриплым спросонья голосом говорит Джейк. – Еще ни одна девушка не поступала со мной так, Рамирес. Мои звонки не сбрасывают, их отчаянно ждут.