Последний борт на Одессу

Последнее вызвало усмешку коллег."

"Зайдя после совещания в отдел кадров, меня сфотографировали и выдали удостоверение. Красная книжечка с надписью: «Новиков Андрей Евгеньевич, оперуполномоченный Новоодесского уголовного розыска». Причем безо всяких формальностей, как было бы у нас.

Вечером, когда все уже расходились по домам, я сказал Давиду:

– Слушай, у нас завтра похороны товарища. Ну, по тому делу. Я опоздаю на службу?

– Не вопрос. Кстати, Колымского в суд через неделю планируем передать, – обрадовал он меня.

– А что так быстро? – удивился я, остановившись на пути к выходу.

– А что там тянуть? Свидетель на него дает показания, – подмигнул он мне, – лет на десять упрячем.

Мы попрощались, и я пошел к своей машине. Только поехал я не домой. В этой тактической одежде и дождевике я выглядел не своим. Не одесским опером. По дороге заехал в магазин одежды и купил себе кожаный френч, брюки и кепку, как у Давида. Завтра переоденусь и буду стопроцентный одессит.

В «Соньке» меня ждали товарищи.

– Место на кладбище выбрали, – сообщил мне Женя, – я памятник заказал. Завтра в десять похороны.

Я молча кивнул и прошел к себе в номер.

Устал что-то за день. Снял плащ и завалился на кровать. Только хотел закрыть глаза, как раздался телефонный звонок. Тут в каждом номере стоял простой дисковый телефон.

– Але, – снял я трубку в полной уверенности, что понадобился кому-то из своих.

– Андрей, привет, – ласковый женский голос в телефоне. Кто бы это мог быть? Лиза? Ну конечно. Нашла меня.

– Здравствуй, Лиза.

– Что, не рад меня слышать? – огорчилась Лиза.

Как она узнала, что я тут? А что может быть проще для администратора гостиницы?

– Почему не рад? Рад. Устал просто, – ответил я, зевнув.

– Ну так, может, встретимся? – предложила Елизавета.

– Обязательно встретимся, но чуть попозже. Я устал смертельно, – включил я свою хитрость. Встречаться с Лизой мне почему-то не хотелось. Вот не хотелось, и все тут.

– Завтра? – спросила она с надеждой.

– Лиз, у нас завтра похороны товарища. Давай, как освобожусь, я сам позвоню, хорошо? – вежливо отказал я девушке.

– Хорошо, – ответила она и положила трубку.

Сама все поняла? Может быть. Так будет лучше для нас обоих, наверное.

* * *С утра поехали в морг за телом Григория.

Тяжелая процедура, но без нее никуда. Забрали Гришу, повезли на кладбище. Одесское кладбище находилось за городом, чуть в стороне от шоссе, сразу под большим холмом. Там привезенный Женей батюшка совершил отпевание, мы дали прощальный залп, и гроб с телом Гришки поехал вниз. Народу было немного, только мы и все. На могилу поставили большой деревянный крест. Фотографии Григория не нашлось. Взяли фото из айди.

– Я памятник заказал, – сообщил Женя. – Как будет готов, поставим тут. Мраморный.

Я ничего не сказал.