Последний борт на Одессу

В воздух два выстрела – бах, бах! Наверное, у всех полицейских в мире сдвоенный выстрел – это сигнал о помощи. Ага, вздрогнул Ковальски, снова оглянулся. Не уйдешь, борода многогрешная! Еще два выстрела в воздух. Женский крик рядом, визг тормозов. Есть! Удача! Впереди патрульные мигалки засветились сине-красными цветами! Попался, голубчик! А у Яна-то уже ножки заплетаются. Длинные макаронины пошли колесом, он резко дернулся и рванул в сторону дома направо. Так как бежали мы прямо по дороге, то я резко срезал в ту же сторону, что и он. Быстро пересек тротуар и сблизился с ним метров на пять.

Ковальски затормозил, так как перед ним был тупик, потом внезапно пытался снова резко стартовать, но в этот момент я сбил его подсечкой."

"Длинное худое тело грохнулось на тротуар и покатилось кубарем. Тут же добавил левой ногой по ребрам лежащему Ковальски. Вышло хорошо, он завопил. Зашел удар по ливеру. Правой рукой снял пистолет с боевого взвода и засунул в карман куртки. У «ТТ» нет предохранителя, и самовзводом он не стреляет. Снял с боевого взвода – все, не выстрелит. Затем быстро схватил Ковальски за левую, ближайшую ко мне руку и начал загибать ее за спину.

Простейший полицейский прием. Я здоровее этого доходяги раза в три. Двумя своими руками против его одной. Но случилось невероятное. Какая-то неведомая сила стала в буквальном смысле поднимать меня в воздух! Ковальски стал подниматься! Я двумя своими руками не смог взять на прием одну его левую руку! Два расслабляющих удара ногой по ребрам, ну теперь-то… Ковальски издал нечеловеческий рык и почти поднялся на ноги. Что это такое, твою мать, так-растак? Подсечкой снова уронил его на землю и быстро сунул правую руку в карман за пистолетом. Встречался я с таким случаем. У психически больных людей бывает прилив нечеловеческой силы. Санитары психбольниц хорошо знают про эти особенности душевнобольных людей. Иногда, даже втроем, с одним маленьким, щуплым мужичком не могут справиться. Выход тут один. Нанести черепно-мозговую травму. Тогда мозг психа перестает давать команды его сознанию, рукам и ногам. Размахнувшись правой рукой, со всей силы треснул рукоятью пистолета по голове Ковальски. Снова этот рык! Еще один удар! Кровь брызнула мне на куртку. Ковальски обмяк и упал мне под ноги. Готов! Быстро теперь руки ему за спину и пластиковые наручники. Есть, застегнул! Надеюсь, он их не порвет. Похлопал лежащего по карманам. Оружия нет.

Рядом резко затормозила «Шевроле-Нива» с характерными синими полосами по бокам и мигалкой на крыше. Двое патрульных в униформе и с автоматами «АКС-74У» наперевес выскочили из машины, направив оружие в мою сторону.

– Одесский уголовный розыск! – громко крикнул я. – Быстро вызывайте помощь, свяжитесь с руководством.