Последний из рыцарей

Вы согласны со мной? Ведь никто другой из обитателей дворца или прислуги не жаловался ни на какие ранения?"

"— Не жаловался, и это наводит на мрачные размышления. Боюсь, вы правы.

— Допустим, этот негодяй вынес девочку завернутой в одеяло или ковер. И таким образом не оставил в коридоре кровавых следов. Но что он сделал с нею дальше?

— А вот это уже загадка. Во дворце столько комнат, что никто никогда не мог их сосчитать, однако мы осмотрели каждый угол.

— А ров?

— Искали и там. Баграми. Но пока безрезультатно.

— Вот когда нам мог бы помочь Доминик, — задумчиво сказал Тристан.

Комендант, не понимая, поднял на него глаза.

— Это мой родственник, — объяснил Тристан. — Он ясновидящий. Доминик быстро во всем разобрался бы. Жаль только, он живет в Швеции. Что ж, давайте снова обыщем дворец, но еще более тщательно. Польше нам ничего не остается. И помните, никто не должен покинуть пределов дворца! Надеюсь, сегодня вы никого не выпустили отсюда?

— Никого, кроме гонца к герцогу Ризенштейну. Правда, перед этим его осмотрели. Я считаю, что на преступнике должны были остаться хоть какие-то следы после подобного кровавого злодеяния.

— Я с вами согласен. Мы не знаем, что произошло на самом деле, но вся эта кровь пугает… Разве что птичка попала к ней в комнату или какой-нибудь зверек?..

— И маленькая девочка убила несчастную тварь этой толстой иглой? Поступок, достойный живодера. Допустим, она разделалась с крысой… Но мне все-таки трудно предположить, что у маленькой герцогини хватило духу это сделать. И где в таком случае труп животного? И сама девочка? Нет, я снимаю свое предположение, забудьте о нем. Марина не такая. Кроме того, тут слишком много крови для зверька или птички. — Тристан вдруг внимательно посмотрел на коменданта. — Господин комендант, с самого утра, как мы с вами встретились, меня не оставляет чувство, что вы знаете больше, чем говорите. Я вижу, вам хочется сказать мне еще что-то, но вы не решаетесь.

Капитан тяжело вздохнул.

— Вы не ошиблись. Мне трудно было сказать вам это потому, что, во-первых, я не имею права никому доверять, а во-вторых, не знаю, насколько близко вы связаны с этой девочкой.

— О чем бы ни шла речь, вы можете полностью на меня положиться, — мягко сказал Тристан. — Мое единственное желание — найти Марину. С ее матерью меня связывают дружеские отношения, она тяжело больна.

Капитан поднял руку и задумчиво почесал спину. Потом, пересилив себя, рассказал Тристану о подозрениях, возникших у него и придворного доктора.

Тристан был так поражен, что оглянулся по сторонам, невольно ища какую-нибудь опору. Долгое время он был не в состоянии вымолвить ни слова.

— Здесь? В Копенгагене? — проговорил он, наконец.