Посмертная месть

Судя по пулевым отверстиям, сидевшего за рулем пожилого шофера и примерно тридцатилетнего пассажира на переднем сиденье слева застрелили почти в упор одиночными выстрелами в голову, а лежавшего на обочине трассы молодого паренька прошили автоматной очередью наискосок в спину.

Когда эмоциональный всплеск говоривших наперебой поутих, Бирюков, чтобы нагляднее представить картину происшедшего, предложил всем занять в автобусе те места, на которых они находились при налете грабителей.

— Там же мертвецы! — испуганно воскликнула дрожавшая то ли от нервного озноба, то ли от утренней прохлады совсем юная девушка в накинутой на худенькие плечи пуховой шали.

— Мертвые не кусаются. Живых, милочка, надо бояться, — сказал коренастый парень в потертом джинсовом костюме, после чего первым вошел в автобус и сел на заднее сиденье.

Следом за ним стали занимать свои места другие пассажиры. Только дрожавшая девушка осталась стоять в проходе. Оказывается, она сидела рядом с убитым и теперь наотрез отказалась сесть возле мертвого. Придерживаясь за никелированный поручень, последней вскарабкалась по ступенькам старушка в яркой молодежной курточке. Просеменив мелкими шажками по проходу в конец автобуса, бабулька присела на заднее сиденье немного поодаль от «первого» парня.

— Между вами никто не сидел? — спросил Бирюков.

— Сидел лохмотник, который подставил нас налетчикам, — сердито ответил парень.

— Это его труп на обочине?

— Нет. Из калашниковского автомата скосили нашего коллегу. Начинающий «челночок» дремал у передней двери. Когда гангстеры ворвались в автобус, пацан хотел под шумок улизнуть. Тут его и захлестнул автоматчик. А лохмотник растворился в ночи будто невидимка.

— Как он выглядел?

— Годами лет за двадцать, а суетился, как шкет на иголках. Одет вроде в чужие обноски. Старая черная водолазка, джинсы с заплатками на коленях, вышорканная кавказская кепка-аэродром. В левой руке сетчатая авоська с пустой трехлитровой стеклянной банкой. Я перед отправлением из Кузнецка его приметил, когда он уламывал шофера тормознуть у Раздольного.

— Что ему в Раздольном надо было?

— Молотил, будто хочет к дяде на пасеку попасть. Шофер вначале отнекивался, а потом, когда лохмотник пообещал ему на обратном пути полную банку свежего меда, согласился.

Бирюков, обернувшись к стоявшему за его спиной Голубеву, сказал:

— Садись в оперативный УАЗ — и к Одинеке. Узнай, был ли какой гость на пасеке в этот раз. Попутно вызови по рации дежурного РОВД. Скажи, чтобы срочно связался с Кузнецким горуправлением уголовного розыска. Пусть немедленно присылают сюда свою опергруппу. Узелок, похоже, завязался там, а ниточка дотянулась до нас."

"Едва Голубев выскочил из автобуса, парень заговорил снова.