Посмертная месть

Тарану пришлось проявить максимум терпения, чтобы завязать с ней контакт, при котором допрашиваемые не пытаются в каждом вопросе разгадать скрытый подвох. Нина вроде бы подвоха не опасалась, однако в ее тихом голосе сквозила такая обреченность, словно она не могла понять, зачем вести какие-то разговоры о погибшем муже, когда уже изменить ничего нельзя. За получасовую предварительную беседу Большанина не высказала ни одной жалобы и не потребовала, как это обычно бывает, возмездия за смерть мужа. Даже когда Таран сказал, что рано или поздно убийцы будут пойманы и сурово наказаны, Нина тихо проговорила:"

"— При любом наказании Илюша не оживет и в семью не вернется.

— Разве вам безразлично восстановление справедливости?

— Что от этого изменится? Взамен одних бандитов появятся другие.

— Чувствуется, вы в ладу с мужем жили…

— Конечно. Если бы шахтерам регулярно выдавали зарплату, у нас с Илюшей никаких проблем не было бы.

— А так, выходит, проблемы были?

— У кого их теперь нет… Не от сытости же мы хотели заняться спекуляцией.

Таран улыбнулся:

— Спекуляции не стало. Появился малый бизнес или частное предпринимательство.

— Это то же самое, только под другим названием. Горько кляну себя за то, что уговорила Илюшу поехать в Новосибирск за товаром. Он словно чувствовал беду. Долго отнекивался, мол, какие мы с тобой торгаши? Мигом разоримся в доску. Я, к несчастью, настояла. Дескать, ты, Илюша, в свободное от смены время будешь привозить товар, а торговать буду сама. День-то у меня свободный. По вечерам до полуночи работаю кухонной подсобницей в «Золотом петушке».

— Как вам удалось устроиться в казино?

— Школьная подруга Надя Хрусталева помогла. Она тогда дружила с Вадимом Моревым. Да и сама владелица «Золотого петушка» немного меня знала. Я после восьмилетки училась в техникуме общественного питания и проходила практику в шахтерской столовой, где Алевтина Тарасовна бухгалтером работала.

— Вадим — это младший сын Алевтины Тарасовны?

— Ну. Я у него домработницей подрабатываю. На эти вот мои заработки мы с Илюшей да сыном, можно сказать, и жили.

— Морев еще не женился?

— Нет. С Хрусталевой у него любовь рассыпалась. Надя вышла замуж за красивого машиниста электровоза Николая Бормотова и, сменив девичью фамилию, куда- то уехала с ним из Кузнецка. Мы с Илюшей у них свидетелями были, когда они в загсе расписывались.

— Вадим ведь тоже внешностью недурен. Почему Хрусталева выбрала другого?

— Как вам сказать… — Большанина замялась. — В чем-то Надя и себя винила, мол, заварила бузу по халатности. Однажды, когда Вадима не было дома, она занялась уборкой его квартиры. Упарилась до пота. Решила принять ванну, но забыла замкнуть наружную дверь. Вымывшись, стала причесываться перед трюмо в прихожей.