Бог Боли

— Ты уверен, что хочешь это сказать?

Его глаза темнеют, но вскоре он сглаживает свое выражение и проводит пальцами под моим подбородком.

— Я уже говорил, что ты такой очаровательный в последнее время?

Я пытаюсь оттолкнуть его, но иногда он ничем не отличается от паразита. Я глубоко ценю наши отношения с Илаем и то, что он всегда был рядом со мной, но я не могу привыкнуть к тому, что он ведет себя как подкаблучник, когда ему вздумается.

— Оставь своего брата в покое, — укоряет отец, выходя из туалета и садится во главе стола.

Илай сжимает мое лицо между пальцами.

— Посмотри на его очаровательные щечки.

— Он уже не ребенок.

— К сожалению. — Илай скучающе вздыхает и отпускает меня, затем обращает внимание на нашего отца. — И не завидуй, папа.

Он смотрит на него пустым взглядом.

— Чему?

— Нашим прекрасным отношениям.

Папа хмыкает, а глаза Илая сужаются.

— К чему это?

Папа ничего не говорит.

— Для чего это было?

— Вы опять ссоритесь? — мама гладит волосы Илая и касается моей щеки, потом целует папу в губы. — Может, не будем? Только на сегодня? — папа обхватывает ее за талию, притягивая к себе.

— А я получу награду позже?

— Папа! — протестую я.

— Серьезно? — вторит Илай.

— Что? — он невинно смотрит на нас. — Она моя жена.

— И наша мама, — говорю я.

— Нам не нужен был этот образ, — бормочет Илай.

— Может, проблема в тебе, а не во мне. Выбросьте этот образ из головы, сыновья, — говорит нам папа, как будто эта тема совершенно нормальная.

— Эйден, прекрати. — Мама улыбается и пытается выскользнуть на свободу. — Позволь мне пойти помочь Аннике с десертом.

— Илай или Крейтон могут это сделать. Ты сегодня хорошо потрудилась.

Мой брат готов броситься бежать, но я встаю со своего места прежде, чем он моргнет.

— Не могу поверить, что ты бросил меня, маленький засранец! — кричит он за моей спиной.

— Надо было взять с собой пару! — я ухмыляюсь, а он отмахивается от меня.

Я нахожу Аннику на кухне, суетящуюся над мороженым.

— Я почти закончила! — кричит она, и я хватаю ее за локоть и откидываю ее маленькое тело назад.

Анника задыхается, ударяет стаканчик с мороженым о мою грудь, проливая его на меня.

— Ты.

— Я. — Я понижаю голос, и она прекрасно понимает смысл, потому что качает головой.

— Не здесь, Крей.

— Почему?

— Все ждут десерта.

— Каждый может прийти за ним сам.

— Они прямо снаружи.

— Они заняты.

Я тяну ее за собой в одну из кладовых, она вскрикивает, когда я толкаю ее на стол и задираю платье до бедер.

— Ты всегда ходишь в маленьких красивых платьицах, которые так и просятся, чтобы их сняли. — Я дергаю ее за нижнее белье, разрывая его. — И эти гребаные штуки, которые держат меня на расстоянии от моей киски.