Потерянная пара альфы

Малыш слегка переступает лапами, а затем ошарашивает:

— Папа, спаси нас… Я покажу…

* * *— Сын?

Задаю мысленный вопрос мелкому пушистому комку на пухлых лапах и хмурюсь. Слишком все это напоминает горячечный бред, вызванный отчаянием.

Но от малыша веет такой открытой и незамутненной любовью, теплом, светом и нежно-сладким ароматом моей пары, что все сомнения тают, как снег по весне на ярком солнцепёке.

— Сын, — повторяю уже утвердительно, а затем и с уверенностью, — сын!

Сердце делает рваный скачок, оживая, пульс учащается, душа обретает крылья, а я надежду. Серый приходит в себя, побеждая поселившуюся внутри безнадежность, и рыкает так, что несколько оборотней в стороне отскакивают друг от друга, поджимая хвосты и на время забывая о драке.

Прикрываю на секунду глаза, пытаясь внутренне ощутить тонкую ниточку связи, тянущуюся от волчонка ко мне, и, не чуя лап, стрелой устремляюсь вдоль кромки леса, забирая всё дальше к востоку.

— Райдэн? Всё в порядке? Ты куда? — долетает по мысленной связи удивление и беспокойство от побратима."

"Он изо всех сил пытается успеть за мной, но Серый мчится на пределе возможностей, потому расстояние с каждой секундой увеличивается.

— Сын зовет, — посылаю ответ и добавляю образ малыша, чтобы не напугать друга.

Но, обернувшись, понимаю, что не удивить не выходит. У волка Дорса делается настолько ошарашенный и обалделый вид, что через секунду его лапы путаются, он спотыкается и чудом не врезается в препятствие, встречающееся на пути.

— ЧТО?

— Сам в шоке, — фырчу мысленно.

Да, это событие из области фантастики, а не рядовой случай. Хотя, совершенно плевать на всё вокруг.

Главное, моя семья, Мия и сын, которым я сейчас нужен. И чем быстрее мы встретимся, тем лучше.

Ведомый призрачной нитью я с каждой отщелкнутой секундой внутренних часов всё четче и ярче начинаю улавливать нашу взаимосвязь, родство, единство с малышом, а потом приходит и ощущение связи с истинной. Ее переживания, нервная дрожь, неуверенность, страх и в то же время желание бороться, отстаивать свои интересы и не прогибаться под жестокие обстоятельства легкой щекоткой пробегают по самому сердцу, задевают внутренние струны, будоражат кровь.

— Родная, я рядом, — посылаю мысленный сигнал своей паре.

Хочется ее поддержать, придать уверенности, подсказать, что вот он я, на подходе, еще минута и встретимся. Но на чудо несильно рассчитываю, однако, тепло в ответ подсказывает, что и Мия меня почувствовала.

Резко забираю влево, обходя странную полуразвалившуюся постройку, внезапно выросшую на пути, и замечаю спрятанную в пролеске машину.

Моя девочка упирается руками и ногами, не позволяя двум смертникам запихнуть себя в машину.

Один из них Винс. Этого мерзкого скунса узнаю мгновенно.