Посторонний в доме

Но зато она рассказала все остальное вплоть до того момента, как открыла дверь в ресторан.

Когда она закончила, Кельвин некоторое время внимательно ее разглядывал, как будто решая, верить ли ей. В кабинете воцарилась зловещая тишина.

– Чисто гипотетически, мог ли у вас быть при себе пистолет?

– Гипотетически мог, – осторожно ответила она.

– И если этот гипотетический пистолет обнаружат, он может вывести на вас? – в его пристальном взгляде отразилось беспокойство.

Карен купила пистолет нелегально, поэтому он не был зарегистрирован на ее имя. Даже если его найдут, невозможно будет подтвердить, что он принадлежал ей. И на нем нет ее отпечатков, в этом она уверена. Она не касалась его без перчаток.

– Нет, – твердо ответила она.

Кельвин откинулся на спинку кресла, отчего оно заскрипело, и затих, явно погрузившись в размышления. Потом снова подался вперед, положив ладони на стол.

– Вот что мы сделаем, – сказал он. – Посмотрим, найдут ли они достаточно оснований, чтобы выдвинуть обвинение. Уверен, это случится, как только они опознают убитого. Косвенные улики сильны, так что их будет достаточно. Но доказать обвинение в суде – совсем другое дело.

– Но… – начала было Карен.

Кельвин вопросительно взглянул на нее.

– Что «но»?

– Я не могла его убить, – твердо сказала она и повторила: – Не могла. Не думаю, что я на такое способна.

И адвокат, и муж посмотрели на нее. Том быстро отвел взгляд, как будто в смущении. Но адвокат продолжал смотреть.

Он спросил:

– Как вы думаете, кто мог его убить?

– Не знаю."

"– Можете предположить?

Карен взглянула на Тома, потом снова на адвоката.

– У него могли быть враги.

– Какие?

– По бизнесу.

– И какой у него был бизнес? – спросил адвокат.

– Он продавал антиквариат. Я сомневалась, что все его сделки законны, но не осмеливалась спросить. Он вел дела с темными людьми.

Казалось, тишина в комнате будет тянуться вечно. Карен замерла в своем кресле. Перспектива быть судимой за убийство ужасала ее. Она понимала, что уже слишком поздно. Нужно было бежать, подумала она.

Наконец она произнесла:

– Детектив Расбах ждет меня в участке.

– Вы туда не пойдете, – сказал Кельвин. – Когда они решат, что у них достаточно улик, пусть арестовывают. А теперь расскажите мне подробнее, как вы сбежали от Роберта Трейнора.

Карен рассказала ему все: как планировала месяцами, по крохам собирала деньги, тайно посещала центр помощи женщинам, – закончив описанием того дня у плотины Гувера. Потом добавила бесцветным голосом:

– В каком-то смысле это было легко, потому что у меня нет семьи. Родители мертвы, братьев и сестер нет. Моя жизнь не была застрахована, поэтому я знала, что страховые компании не станут проводить расследование.