Поцелуй из прошлого

— Это не угрозы, — парировала она. Ее глаза потемнели, а губы задрожали. — Я сожалею, что ты не привык выслушивать подобные откровения, но раз ты окружил себя только льстецами, то сам в этом виноват.

Лео двинулся в ее сторону, пристально глядя ей в глаза.

— Насколько я помню, с твоей стороны было много пустых угроз, — мягко и насмешливо сказал он, будто не слыша ответа Бетани. — Ты говорила, что не обмолвишься со мной словом, как только уедешь из Италии. Ты отказывалась жить в этом доме и заявила, что покинешь его через двадцать четыре часа после того, как я тебя в нем оставлю. Понимаешь, о чем я? И ты по-прежнему боишься моего самого главного метода воздействия на тебя. — Лео сократил пространство между ними, но не вытянул руку и не прикоснулся к ней, как того хотел.

Он стоял к ней так близко, что она была вынуждена откинуть голову назад, чтобы посмотреть в его глаза. Бетани разомкнула губы и округлила глаза, на ее щеках заиграл легкий румянец.

— Ты хочешь меня напугать? — спросила она едва слышным шепотом.

— Ты обещала, что никогда не приблизишься ко мне, так как я тебе противен, — тихо произнес Лео, глядя в ее глаза. — Ты дрожишь от отвращения, Бетани?

— Отвращение — слишком сильная эмоция, — сказала она едва слышно, ее глаза сверкнули. Она откашлялась. — Мне просто скучно.

— Ты лгала прежде, ты лжешь сейчас, — произнес он, зачарованно наблюдая за изменениями в ее взгляде. Он не удивился, когда она отошла от него, желая создать между ними пространство, словно для того, чтобы ослабить возникшее сексуальное напряжение. Как будто что-то могло избавить их обоих от взаимного влечения!

— Мне смешно это слышать, Лео, — тихо сказала Бетани, ее взгляд потемнел. — Не ожидала от тебя такого.

— Скажи мне, Бетани, в чем я виноват? — приглушенно спросил он, глядя, как она натягивает маску равнодушия на свое выразительное лицо. Ему это очень не нравилось. — В чем мое преступление?

— Я отказываюсь это обсуждать. А то ты не знаешь! — сказала она, расправив плечи. — Мы бесчисленное количество раз говорили на эту тему.

— Ладно, — резко произнес он, не сдержавшись. — Тогда давай обсудим твои преступления. Начнем с твоего любовника.

Бетани хотелось кричать, сердиться, броситься на Лео или рухнуть на пол и выплакаться.

Но она не могла двигаться. Она оказалась прижатой к месту не столько горящими карими глазами Лео, сколько собственной безграничной глупостью. Зачем она так абсурдно ему лгала? Почему она ставит себя в такое глупое положение?

— Зачем тебе обсуждать моего любовника? — сухо спросила она, ненавидя свой голос, который казался ей чужим. Но она должна врать правдоподобно. — Он намного лучше тебя.