Повенчанные небесами, или Моя маленькая тайна

Меня тошнит от самой себя! Папа прав: Даша очень много рассказывала о своем женихе, и каждый раз, когда она говорила о Дане (Дане, черт побери!) я представляла себе именно Богдана. Настолько мои чувства были схожими с ее. Но даже в самом страшном кошмаре я не могла представить, что ее Дан и Богдан окажется одним и тем же мужчиной. И получается, что я переспала с женихом своей сестры прямо накануне ее свадьбы!

У меня все плывет перед глазами. Я не могу притронуться к еде, хотя до этого ужасно хотела есть. Пропал не только аппетит, но и желание жить. В голове отбойным молотком стучит мысль: я беременна от жениха сестры. Но самое ужасное — Даша знает о моей беременности. И я представить боюсь, как она будет на меня смотреть, когда узнает, что отец моего ребенка — ее жених и без пяти минут ее муж. Это где-то за гранью моего понимания. Он осознания произошедшего становится просто невыносимо. На ум совершенно некстати приходят слова мамы:

«Юлиана, тебе нельзя лететь! Эта поездка для тебя будет губительна! Как ты этого не понимаешь?!»

Ах, если бы я ее послушала! Но тогда я посчитала эти слова, предсказанные ей гадалкой, полным бредом, наивно полагая, что мама имела в виду авиакатастрофу. Только сейчас та же самая фраза приобретает совершенно иной смысл. Все верно, я сама себя сгубила. Меня никто не тянул и не заставлял ничего делать. Я сама решила, что хочу полететь, сама согласилась принять помощь совершенно незнакомого мужчины, и сама оставила его у себя.

Кровь стучит в ушах так, что я совершенно не слышу, кто о чем говорит. Меня не должно быть здесь, в этом доме, в этой семье, за этим столом. Я чувствую себя не просто лишней, а инородной в их привычном мире. Воровкой, которая хотела украсть чужое счастье. Но я не буду этого делать. Я не хочу разрушить благополучие сестры, и мне нужно как можно быстрее покинуть этот дом.

Совершенно не давая себе отчета, резко отодвигаю массивный стул и встаю с места. Случайно мазнув, ловлю взгляд Богдана и тут же отвожу глаза. Бормочу невнятные слова извинений и на ставших непослушными ногах покидаю столовую. Хватаюсь за перила, чтобы не упасть, и заставляю подняться себя в комнату. Мне нужно уехать. Сегодня же. И для меня совершенно не имеет значения куда.

Глава 10

Едва я остаюсь одна, уверенная, что теперь моего состояния никто не видит, опускаю плечи, и только сейчас осознаю, что от напряжения почти не дышала. Руки дрожат, и я не знаю, с чего начать. Едва ли у меня есть время на раздумья. Взгляд скользит по несобранным вещам, купленным подаркам, аккуратно сложенным на туалетном столике. Но я настолько разбита, что без сил опускаюсь на кровать.

Как? Как могло такое случится? Закрываю лицо руками и выпадаю из реальности, совершенно не осознавая, сколько проходит времени.