Повенчанные небесами, или Моя маленькая тайна

В этом вопросе мы с Аличевой не сошлись во мнении. Она считала, что несмотря ни на что, Богдан должен знать о своем ребенке и нести как моральную, так и материальную ответственность. Я же ни за что не хотела, чтобы наша с ним связь стала известна Дарье.

— Дана, я хочу уехать.

Аличева спотыкается на месте, выражается, мягко сказать, совсем нелитературно, и так громко, что прохожие косятся в нашу сторону.

— Куда?!

— Я пока не решила.

— Юлиана, не будь дурой! Куда ты собралась беременная, да и к тому же одна? Или у тебя где-то там… — Аличева импульсивно взмахивает рукой, — объявились родственники, готовые принять с распростертыми объятиями?

— Нет у меня никого.

У меня только-только появилась сестра, но общение с ней теперь под большим вопросом.

— Так вот и не пори горячку! Я понимаю, что у беременных бывают «заскоки», но не до такой же степени!

— А что ты предлагаешь?

— Жить! Просто жить. Никакой трагедии нет.

— А если Даша узнает…

— И что? Ты спала с ее мужем? Нет! Ты даже не знала, что он практически окольцован. Поэтому не надо устраивать кипишь на ровном месте. И я лично выскажу твоему Богдану все, что про него думаю! — В Аличевой вдруг просыпается грозная воительница.

Я очень надеюсь, что до этого все-таки не дойдет. И, чтобы не дать подруге развить эту мысль дальше, меняю тему.

— А тебе она сказала, когда наступит беременность? — Я даже не уточняю кто «она». Главное — волшебное слово «беременность», чтобы Дана забыла о своих кровавых планах.

— Что? А! Нет. Точной даты не назвала, конечно. — Подруга глупо хихикает. — Но…

— Что?"

"— Знаешь, я, наверное, не буду этого пока говорить. Ладно? Ты же сама говорила, что произнесенное слово — первый шаг к исполнению.

— Это говорила не я, а моя мама.

— Неважно. Вот и посмотрим, как оно сбудется или нет, — выкручивается подруга, и мне ничего не остается, как смириться, напрасно гадая, какую же «страшную тайну» она старается скрыть.

* * *Я никуда не уехала. Дана, заполучив в союзницы мою маму, вдвоем смогли отговорить меня от необдуманного поступка. Маме я не стала лгать и что-то выдумывать, а призналась, что забеременела на море от случайного знакомого, тем самым утаив лишь часть правды, и сразу обозначила, что избавляться от ребенка не буду. К моему огромному удивлению, осуждения и порицания своего легкомыслия я не получила. Мама, наоборот, обрадовалась, что у нее, наконец-то, родится внук, на появление которого она уже и не надеялась, давно записав меня в «старые девы».

Моя беременность протекала, как и предсказала Инайят, легко, без каких-либо осложнений. Даже токсикоза не было. Если, конечно, не считать, когда меня тошнило в самый первый раз, да и то, скорее всего, это было совершенно по другой причине.