Поздравляю,ты допрыгалась
Он нашел меня… Мой ночной кошмар. Опекун. Мужчина, от которого я скрывалась несколько лет. Ворвался посреди свадебной церемонии, приставил пистолет к виску дяди и «предложил» стать его женой. От таких предложений не отказываются. Тем более что мой жених, судя по его бледному испуганному лицу, самоустранился. Решалась моя судьба, а помочь мне было некому. Никто не осмелится бросить вызов Чеху. Значит, буду бороться сама. Как учил отец, усыпить бдительность противника, а потом напасть…
Да и в его глазах хватит выглядеть инфантильной идиоткой. Нужно действовать с умом. Хотя, как же сложно думать, когда он своим бархатным голос пытается со мной разговаривать. Пусть лучше рычит, на меня это действует отрезвляюще.
Почему нельзя на пару дней впасть в анабиоз? А когда Самир вернется в Москву, мой организм почувствует, что обстановка стала благополучной и вернется к жизни. За всеми этими невеселыми мыслями, я мыла и съедала морошку, которую вроде как собирались заморозить."
"Шум вертолета давно стих, над тайгой нависла ночь. Редкие звуки животных нарушали тишину.
Чех стоял у небольшой речушки у самого края каменной дорожки и смотрел вдаль. Руки засунуты в карман, голова немного запрокинута. Он будто наслаждался тишиной и уединением, близостью с природой.
Вернувшись в дом, я все-таки закончила делать ягодную заготовку и отправила полные контейнеры в морозилку. Чех с Валидом столько коробок перетаскали в подвал, что там запасов хватит лет на пять. Я не смотрела, но была уверенна, что половина из них — продукты.
На столе остывал ужин, а Самир все не заходил в дом. Некрасиво будет, если я сяду за стол без него. Вот что он там застрял? Теперь звать придется. Блин, как же неловко я себя чувствовала.
Выйдя из хижины, оглянулась…
Пропал… Куда он делся?
Быстрым шагом спустилась по лестнице и пошла по дорожке к реке.
Подошла к берегу. Я не видела Самира, обернулась на всплеск воды. Он выходил из реки. Бог ночи. Несмотря на достаточно прохладный вечер, мне стало жарко. Нужно отвернуться, еще лучше развернуться и уйти, а я на него пялюсь. Свет луны играл на поверхности воды, силуэт Чеха мне было хорошо видно. Богатое воображение нарисовало капли воды на его теле.













