Пожнешь бурю

Сумеет ли он расправиться с ними обоими? Кровь Господня, глупо даже предполагать это! Убить пэра, да еще такого, как маркиз Монтегю!

Оставив коня в кустах, Уильям подобрался поближе к дому и стал ждать. Когда огонь в конюшнях погас, он быстро пересек открытое пространство между садом и домом, радуясь, что луна зашла за тучу. Прижимаясь к холодной каменной стене, Роулингс осторожно продвигался вперед и наконец, скорчился под единственным освещенным окном. Уцепившись за карниз, попробовал заглянуть внутрь, но сквозь плотные шторы ничего не было видно.

Из дома доносился какой-то шум, но Уильям не смог даже разобрать, чей это голос, мужской или женский. «Черт возьми, – пробормотал Уильям, – что за дьявольщина там происходит?» Как бы то ни было, раз уж маркиз вернулся, надо немедленно убираться – в присутствии хозяина невозможно просто войти в дом, как он намеревался сначала. Проклятая Элизабет, почему она не смогла удержать его при себе? Ведь нет ни малейшего шанса выйти победителем из стычки с этим самодовольным бегемотом!

Уильям медленно разогнулся и перебежал через лужайку к кустам, где оставил коня. Он уже вставил ногу в стремя, когда услышал отчаянный женский возглас:

– Иен, подожди!"

"Уильям замер, тараща глаза в темноту. Что за чертовщина? А потом увидел Мереуин с распущенными золотыми волосами, бегущую через двор наперерез коню, только что вынырнувшему из темной глубины конюшни. Его собственный конь всхрапнул, и Уильям быстро зажал ему ноздри, прошептав:

– Тише, парень.

Ветер дул в его сторону, и было слышно каждое слово, произнесенное леди и лордом Монтегю, в том числе и обвинения маркиза в адрес Мереуин, радостный смешок сорвался стойких губ Уильяма, и он поспешно прикрыл рот ладонью. О, это просто роскошно! Лорд Монтегю сам все за него решил!

Роулингс видел, как Мереуин отчаянно цеплялась за ногу мужа и была отброшена в сторону, когда конь маркиза сорвался с места. Лорд Монтегю промчался мимо него, припав к шее скакуна, и Уильям повернулся взглянуть на Мереуин, но она уже скрылась в доме.

Трясясь от нетерпения, Уильям ждал, когда в комнате Мереуин вспыхнет свет, но, не успев высунуться, вынужден был метнуться назад в кусты: у конюшен снова поднялся шум. Проклиная свое невезение, он с удивлением увидел, как Мереуин Вильерс выводит на залитый лунным светом двор лошадь с притороченным к седлу баулом. «Одно из двух, – подумал Уильям, – либо удирает, либо едет за мужем в Лондон. Как бы то ни было, цели своей она не достигнет».

Фрэнсис осторожно просунул голову в открытую дверь кабинета, но маркиза там не было. Зато из вестибюля доносились громкие мужские голоса. Мажордом засеменил по коридору, недоумевая, у кого это хватило ума явиться в такую рань.