Пожнешь бурю

– Поди прочь, грязная шлюха, – велел низенький стражник.

Высокий шагнул ближе к решетке.

– Нет, постой-ка минутку, Энди. – Он ясно видел разгорающуюся в темно-синих глазах надежду. Худенькое личико; порозовело, мягкие губы раскрылись, Девушка едва смела дышать, боясь, как бы он снова не отвернулся. – Как тебя зовут, крошка?

– Мереуин Макэйлис. – Собственный голос звучал в ее ушах слабо, словно откуда-то издалека, и она всеми силами пыталась укротить бешеное биение сердца. – М-мой брат Александр Макэйлис, – повторила она трясущимися губами, заглядывая снизу вверх в глаза стражника, отчаянно желая, чтобы он понял. – На меня напал человек на улице и сказал… сказал, что я собиралась украсть у него перстень. Это неправда!

– Хватит выслушивать этот бред! – нетерпеливо воскликнул Энди и двинулся было со своим котлом дальше, но, видя, что его спутник с явной заинтересованностью прислушивается к байкам молоденькой заключенной, метнулся назад и взмахнул кулаком, словно собираясь ударить девушку.

– Заткнись, я сказал, черт тебя подери! – проорал он. Мереуин с испуганным криком отпрянула.

– Пошли, Дэви, не слушай ее, – раздраженно повторил Энди. – Она морочит тебе голову. Поработаешь тут, поймешь, о чем я толкую. Правда, она чересчур хороша для уличной шлюхи, да знаешь, кого собиралась ограбить? Сына сквайра Джона Роулингса, а тебе хорошо известно, что он не стал бы врать!

Синие глаза Мереуин лихорадочно блестели, она чуть не плакала, видя, как выражение лица высокого стражника постепенно менялось от сочувственного к недружелюбному.

– Да, твоя правда, Энди, – согласился он и повернулся к ней спиной.

– О, пожалуйста, подождите! – в слезах прокричала Мереуин, отчаянно колотя по прутьям.

– Еще одно слово, – с ненавистью бросил через плечо Энди, – и я из тебя дурь выбью!

Мереуин, всхлипывая, отступила, а оба стражника пошли дальше, раздавая еду женщинам, громко сетовавшим на задержку. Она молча глядела, обливаясь слезами, пока они не закончили работу. Высокий, выходя в дверь, оглянулся, и девушка уловила в его глазах проблеск симпатии.

– Завтра утром твой черед встретиться с мировым судьей, крошка, – доброжелательно сообщил он.

Тяжелая дверь захлопнулась, в замке повернулся ключ. Мереуин стояла, держа в трясущейся руке миску, прижавшись худеньким телом к решетке и печально опустив плечи. Как пережить еще одну ночь в этой кошмарной камере?

– Тебе хочется есть, дорогуша? – возникла рядом с ней Мегги, не сводя жадных глаз с ее миски.

Мереуин взглянула на бесцветную жидкость, в которой плавали какие-то серые комки, ощутила, как в ее желудке что-то перевернулось, и чувство голода мигом исчезло.