Пп-попаданка. Пресс для принцесс (СИ)

— Если я буду находиться в роще, велик шанс, что рядом со мной, рано или поздно, появится тварь Разлома. Ну а ты, как я понимаю, прекрасно перемещаешься с дерева на дерево. Как белка. Ты их сверху и подстрелишь. Не белок — хамелеонов.

— А ты отчаянная, — с одобрением хмыкнул Фалеон. — Ты правда готова побыть приманкой?

— Не надо меня спрашивать, а то передумаю, — буркнула я, вызвав на его лице понимающую улыбку. — И еще… Ты хоть первую помощь при укусах (или что они там делают) тварей Разлома оказывать умеешь?

— Конечно, — заверил меня Фалеон.

Я набрала в легкие воздуха, как перед прыжком в ледяную воду.

— Тогда побежали.

Еще постою — точно не решусь, потому что пойму, насколько безрассудна и глупа эта затея!

Заложив лук за спину, Фалеон забрался на ближайшее дерево. Легко, словно и впрямь был белкой, и одновременно грациозно. Не забрался даже — взлетел. Я невольно залюбовалась им.

Тряхнула головой, приводя себя в чувство. И побежала.

16. Охота

Я бежала, вот только от привычного очищения сознания, которые прежде давал мне бег, не осталось и следа. Пульс я ощущала в висках и почему-то в желудке, сердце тоже спряталось где-то там.

Ох, что же я твою?! А что, если это из разряда случаев, когда последней фразой человека становилось: “Смотри, как я умею”?

Надо бежать и думать, какой я стану стройной и красивой. Причем навеки, ага. Потому что я ведь планировала повторять этот безумный подвиг, пока Разлом не закроют или он не захлопнется сам собой!

Нет, надо бежать и не думать. От мыслей только тошно становится. И страшно. И…

Стрела просвистела прямо над моим ухом. Я, опровергая слова Фалеона о своей отчаянности, позорнейшим образом взвизгнула и подскочила, кажется, на полметра.

Тело не знало, бросаться ли ему вперед с удвоенной энергией, или остолбенеть от ужаса и понимания, что сейчас только что произошло.

Вмешалось, как ни странно, любопытство. Я все же обернулась на бегу и тут же остановилась.

В шаге от меня на земле лежало… что-то. Точнее сказать было тяжело, потому что это что-то было абсолютно прозрачным. Нет, теперь, будучи мертвым, оно постепенно проявляло свои черты."

"Тварь Разлома оказалась неким демоническим вариантом пса или волка. Только тело его было более удлиненным, глаза горели затухающим на глазах огнем.

А из пасти торчали два узких, словно иглы, и таких же острых клыка. Очень живо мне представилось, как эти странные зубы впиваются в мое тело и пьют мою жизненную силу.

Кроме того, тварь состояла из дымчатой плоти… Но эфемерной все же не была, раз ее сразила стрела Фалеона. Надо сказать, с невероятной, почти нечеловеческой меткостью угодившая твари прямо в пылающий глаз.

— Охренеть, — выдохнула я.

Хотя, по правде, хотелось сказать ругательство покрепче.