Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 31

В её голосе почти слышится искреннее признание вины:

— Прости, спаситель. Я, правда, хотела удивить тебя. Вот даже нарядилась, — обводит руками своё дерзкое декольтированное платье.

Настя тут же фыркает.

Я выпрямляюсь.

— Пойдёмте, Жанна Валерьевна. Пора разобраться с вашей зверюшкой.

Жанна округляет глаза:

— Ты уверен?.. Может, мне не стоит?..

— Стоит-стоит, — отвечаю жёстко. — Насть, тоже пошли.

— Хорошо, Даня, — бесстрашно соглашается жена. Благоверная знает, что ей ничего не угрожает. А вот Жанну я может и правда бегемоту скоромлю. Шутка, конечно. Хотя…

Мы втроём спускаемся в нижние уровни. Металлические стены, датчики щёлкают, сирена гудит ниже. Рёв зверя становится оглушающим. Мы проходим шлюзы, не слишком быстро — а то ведь Жанна не просто в платье, а ещё и на каблуках. Наконец выходим в ангар.

Бегемотик, или объект «Z», пыхтит, разламывая оборудование. Вот он оборачивается — и я сразу пробую войти в сознание. Стена. Удивительно крепкая ментальная защита — то ли врождённая, то ли результат эксперимента. Но эмоции просачиваются. Болезненные, тупые, несчастные.

Зверьку-то больно. Я, конечно, могу его порвать псионикой, но, блин, жалко бегемотика.

— На выход, доктор Айболит, — «включаю» Маньяка.

— Шеф, опять со зверьем возится? — вздыхает новобранец-Целитель.

— Не опять, а снова.

Бегемота я не смогу лечить на расстоянии, но сканировать — вполне.

Основная боль сосредоточена в аппендиксе. Жуткое воспаление. Да уж.

— Спаситель, лучше поручить это дело штурмовой группе, — по мыслеречи предлагает Жанна. — Ну или просто убей его псионикой — да и дело с концом.

— Какая вы жёсткая, мама, — подтруниваю над тёщей.

— Это платье, знаешь, сколько стоит? — канючит она. — Я не для того его надевала, чтобы порвать, отбегая от дурацкого бегемота.

— Тогда постойте в сторонке. Насть, и ты тоже, — бросаю жене.

Сам подхожу к бегемоту, а он крутит головой, не видя меня. Кольцо Буревестника уже надето на мой палец, и ментальные иллюзии сделали своё дело. Касаюсь рукой его брюха. Сквозь панцирь он не чувствует прикосновение — ну и мне удаётся запустить целительную энергию.

Проходит секунда, другая. Воспаление внутреннего органа проходит, и волна облегчения прокатывается по зверю. Он дрожит, дыхание выравнивается.

Я скидываю иллюзию, и успокоившийся зверь удивлённо смотрит на меня, а потом зевает широко.

Хлопаю животину по мордасу.

— Хороший Бобик.

Бегемот, не обращая внимания, заваливается в угол и засыпает. Набегался малыш. Вообще он раньше был без панциря.

— Вакцина Резкова нарастила ему неплохую защиту, — замечаю я баронессе. — И всё бы ничего, да только лекарство вызвало глистную инвазию. Лучше такие эксперименты ставить на животных с более сильной иммунной системой.