Право на месть

Никакого ножа на земле не было, а блеснул он сталью лишь когда желтая жаба с кряхтением передвинула свои пупырчатые телеса на полметра. Сама ведь на нем и сидела. Рукоять была липкая и скользкая. Я неуверенно поднесла лезвие к ладони, вопросительно посмотрела на странную собеседницу.

— Не залей мне только тут все, — кивнула она. — А то по осени такая дрянь полезет, выводить замаешься…

Собравшись с духом, аккуратно полоснула по ладони, поморщилась. Очень неприятно, но терпимо. Заново протянула руку жабе и та, раздувшись, метко что-то сплюнула прямо в ранку. Затем скользнул длинный язык по ладони и жаба снова нахохлилась, приняв прежний презрительный вид.

Я оглядела ладонь — ни следа от пореза, ни крови, будто ничего и не было.

— И… что?

— Что, что, — передразнила жаба. — И всё. Гуляй.

— Как «всё»? Но Скоген… А что дальше?

— Ну, прорастет — пересадишь. Вот прям на этом месте, — та нетерпеливо заерзала. — Все, давай, пока.

— Что прорастет?..

Но желтая жаба уже заковыляла прочь, а в каменной заросшей стене зашелестел вьюнок, открывая проход и приглашая на выход. Астарха у развалин уже не было, да и зачем бы ему меня было ждать.

Зато человеческий след довольно быстро учуяли другие обитатели Леса. Пара грозных ульвов рыскали вокруг, вынюхивая землю, косматые, поджарые. Я их прежде только на картинках видела, они не очень большие, размером с крупную собаку, зато свирепостью не уступают гроршам.

Один из них поднял голову, оскалился, втянул воздух и вдруг утратил ко мне всякий интерес. Я уже приготовилась выстроить щит, но второй тоже побрел восвояси. Это защита астарха так действует? Я помню, он еще на балу благословил наш триангл каким-то заклинанием.

Или сам Скоген?.. Я срочно осмотрела себя, но никаких меток, вроде татуировки от Сагарты, на себе не увидела. Что это вообще было, там, в саду? Развернувшись, побрела в сторону поселения унвартов.

— Ардин! Ардин! — Анхельм носился как ошалелый, что-то уже жуя, сменив рубашку на какую-то кожаную безрукавку. — Ты не представляешь, как тут всё!.. Там озеро! Там такая рыба водится! А ночью меня на охоту возьмут! Братьев Мексы помнишь? Они мне книв подарили, настоящий! Помнишь этих тварей с железными перьями, фурглов? Так они эти перья вместе сплавляют как-то и шикарный нож получается, книв называется… А ты откуда вообще идешь? Я думал, ты с астархом осталась, а что он хотел?

Давно я Хельме таким счастливым не видела, даже суровые унварты прятали усмешки в бороды, заражаясь его жизнерадостностью.

Мекса тоже переоделась в более привычные ей одежды, обвешалась какими-то амулетами и широкими кожаными браслетами, и выглядела просто шикарно, более не стесненная обязательными для Академии платьями и балахонами. И хвост.