Предел риска

По команде ведущей «детки» подошли к ней со своими богатствами и передали честно заработанные капиталы в ухоженные руки казначеев. Мишель и Екатерина мигом подвели итоги квеста «близнецов» и провозгласили победителя. Согласно всем расчетам выиграла Емельяна. Однако молчаливый Бессонов, в глазах которого незнакомый человек не мог рассмотреть ничего, кроме равнодушия, спокойно опустил в розовый мешок внушительную пачку крупных банкнот.

— Так нечестно! — в шутку нахмурилась его сестра — Екатерина, но ее возглас был заглушен громкими словами Харитона Сергеевича: — За дочку!"

"Все собравшиеся приняли рокот Бессонова за тост и единогласно опрокинули содержимое своих бокалов.

Включая виновников торжества. Ажур и Ядвига Петровна восседали на своих местах, наблюдая за всеми событиями со стороны. И если Ягушка немного краснела от снисходительных, иногда любопытных, но в основном понимающих взглядов гостей, то Степану было плевать на чужое мнение. Он сидел, устроив жену на своих коленях, лениво поглаживал ее обнаженную спину в вырезе сводящего с ума кружева и улыбался. По его лукавым глазам можно было понять, что в эту самую секунду Ажур как раз планирует весь процесс, связанный с появлением их детей на свет. А Ядвига безуспешно пыталась урезонить шаловливые мысли, руки и прочие органы мужа.

— Степа, ну смотрят же! — шипела Ядвига на Ажурова. А тот только хмыкнул. Ситуацию сгладил подоспевший к молодоженам Бек с бутылкой в руках.

— Милые родители, а чего это вы здесь делаете? — ухмылялся Бек.

— Степа, скажи нашей «дочери», — прищурилась Ядвига, глядя на крупногабаритного парня, одетого в парик и чепчик, — Если у меня родится такая вот …гм…пусть будет Машенька, два метра ростом и больше сотни килограмм весом, еще и с тягой к алкоголю, то я ее отдам на воспитание дяде Беккеру.

— Сами воспитаем, не переживай, Ягодка, — утешил Степан, отвесив другу подзатыльник, когда тот полез обниматься к Ягушке с криками «Мама, я скучала!».

Вездесущий помощник тамады отправил «разбушевавшегося» Бека в специально отведенную комнату переодеться, а Степан вдруг как-то слишком серьезно посмотрел на свою невесту, ставшую сегодня ему женой перед Богом и людьми.

— Как думаешь, сын или дочь? — тихо пробормотал Степан, поглаживая щеку и подбородок своей вредной Яги.

— Думаешь, мы … ты и я… сможем? — так же тихо прошептала Ядвига, боясь и в то же время отчаянно желая взглянуть в глаза своему мужу.

— Вот и проверим, — уверенно кивнул Степан, а потом, склонившись к самому уху Ягушки: — Но я точно знаю, что все у нас получится.

И без предупреждения Ажуров поднялся со своего места, помог расправить пышные юбки на свадебном платье своей жены.