Предел риска

А руки так и тянулись к аппетитной попке, чтобы закрепить, так сказать, визуальный эффект.

— Да ладно! — махнула рукой Ядвига, но Степан заметил смущение на ее лице.

Легкий румянец расползался по щекам, а взгляд принялся прыгать по кухне в поисках чего-то более интересного. Но Степан уже поймал волну, и отпускать не собирался.

— Я серьезно, проверила бы, убедилась, — настаивал Ажуров.

— Отвали, Кружавчик! — нетерпеливо отрезала Ядвига, — Где моя сумка?

— Терпеть не могу вести переговоры на голодный желудок, — улыбался Степан, коварно и вместе с тем ехидно. Смущение девчонки его подталкивало на необдуманные поступки, которыми ранее он не славился. Обычно он продумывал каждый свой шаг. А с тех пор, как встретил Ядвигу — жизнь повернулась к нему самой непредсказуемой стороной.

— Так я и не предлагаю вести переговоры, — парировала Яга, — Сумку верни, и я исчезну.

Однако возбуждение Степана достигло стадии «Сейчас грянет взрыв», румянец смущения и воинственно расправленные женские плечи окончательно затмили все здравые мысли, и Ажуров сделал то, чего Ядвига от него, вероятнее всего, не ожидала.

Поймав девчонку за запястья, Степа резко дернул Ягу на себя. С громким криком протеста гостья впечаталась в обнаженную грудь Ажура. И пока девушка пыталась вырваться из крепких объятий, Степан зарылся рукой в гриву спутанных волос и зафиксировал девичью голову.

Ядвига вырывалась, дергалась, двигалась, упиралась ладонями в мужскую грудь, пытаясь отодвинуть скалу из мышц, но силы были неравны, рот требовательным, а ладони горячими. И ей не оставалось ничего иного, кроме, как сдаться и глубоко вдохнуть.

Степан пах зубной пастой и свежестью. Держал крепко. А целовал так, что казалось, будто тело погружено на неимоверную глубину. И стоит разжать руки, как толща воды накроет по самую макушку и расплющит.

Этот поцелуй не был первым в жизни Ягуши. И она могла четко определить, что мужчина, сжавший ее в стальных тисках, прекрасно умеет целоваться. К тому же, судя по всему, он отлично умеет использовать не только рот, но и другую часть тела, упирающуюся сейчас в ее живот.

Хотела проверить, бутафорский ли прибор в штанах Кружавчика? Проверила. Получите, распишитесь!

— Пусти меня! — прошипела Ядвига, стараясь сжать рот и не впустить Степана.

— Сама хотела проверить, — хохотнул Ажуров, а потом и вовсе распустил руки. Вернее, руку. Одной огромной лапищей Степа крепко сжал попу, затянутую в джинсу. А второй — перехватил тонкое запястье и просунул между их тесно прижатыми телами, заставляя девичью ладонь обхватить самую некомплексующую часть мужского тела.