Предел риска

И все ее внимание, мысли и переживания были сосредоточены на будущем знакомстве.

Степан, обхватив ладонью затылок Ягушки, зарылся пальцами в замысловато уложенные волосы. Мужчина склонился к самому уху Ядвиги, вдохнул носом тонкий аромат своей женщины. Легко прижался к виску.

— Не было со мной такого, никогда, ни разу, — тихо прошептал Степан. — Даже под прицелом я не вспомню лиц женщин, с кем спал. Я не мягкий и пушистый. И далеко не монах. Но ты изменила меня. Въелась в кровь, в легкие. И я точно знаю, что сдохну, если тебя не будет рядом.

Ядвига прикрыла глаза, слушая тихий хрипловатый шепот.

Слова складывались в тихую музыку для ее души. И, кажется, будто за спиной расправились крылья огромной бабочки.

— До тебя я не знала жизни, — шепнула Ягуша, зарываясь пальцами в волосы на затылке Степана. — Я люблю тебя, Кружавчик.

Степан медленно отстранился, заглянул в обжигающие его душу глаза. Смахнул одинокую слезинку с девичьей щеки. Оставил легчайший поцелуй на губах. Но это прикосновение было наполнено такой любовью и нежностью к одной вредной девчонке, что даже администратор тактично отвернулся, оставляя пару наедине друг с другом.

— Я тебя сильнее, — выдохнул Степан, чувствуя, как его сердце колотится, сбивается с ритма и несется галопом, а потом замирает и бьется в унисон с нежным сердечком Ягушки.

— Позволю тебе так думать, — фыркнула Ядвига, но Степан видел, как дрожали ее пальцы, когда она медленно проводила ими по его лицу.

Перехватив ладонь, Ажур сжал ее нежно и поцеловал каждый пальчик, развернул ладонь и оставил долгий поцелуй в самом ее центре.

— Кто-нибудь одолжите мне носовой платок! — вторгся смутно знакомый голос в сознание Ядвиги, — Сейчас умру от умиления!

Следом раздались легкие аплодисменты.

И Ядвига, вскинувшись, взглянула на напряженное лицо Степана.

— Еще слово, и ты улетишь не только из ресторана, но и из города! — рявкнул Ажуров, не поворачиваясь к женщине, стоявшей за его спиной.

Своей крупной фигурой Степан прикрывал Ядвигу, кажется, от всего мира, в том числе и от ядовитой гадюки, посмевшей вторгнуться в их маленький, но счастливый мирок.

Глава 14

— Не дай мне наделать глупостей, — одними губами едва слышно пробормотала Ядвига, и Ажуров толком не понял, была ли фраза адресована ему, или же так выглядела короткая молитва Ядвиги Высшим силам.

Вместо ответа Степан обнял Ядвигу, практически до хруста в ребрах, и прижал к своему боку. Его порадовало то, как доверчиво девушка положила свою ладонь на его грудь. Он посчитал это хорошим знаком.

— Тетушка Ло! — оскалилась Ядвига, и Степан понял, что окончательно влюбился в свою вредную девчонку, ту, что не спасовала в трудный момент, не позволила чувствам руководить ею, и, судя по всему, собирается разворошить прошлое.