Предназначенный

У неё не было достаточно времени, чтобы понять как это — быть недолеткой, не говоря уже о том, чтобы разобраться со своим Истинным видением.

— Плюс мы стараемся не афишировать, что у неё вообще есть это Истинное видение — добавила Афродита. — Чем меньше людей знает об этом, тем лучше.

— Однако она была частью поэмы Крамиши, — сказала Стиви Рей.

— Мы не можем знать наверняка так ли это. В стихотворении сказано…

Я прищурилась, как будто это могло помочь мне вспомнить и затем практически процитировала:

— В стихотворении сказано: ""Истинным видением узри — правда одна. Тьма не всегда означает зло, Свет не всегда несет добро."" Что если та часть стихотворения, что про Истинное видение, как во всех стихах Крамиши — лишь символ, а не прямое значение слов?

— Богиня, я ненавижу поэзию, — сказала Афродита.

— Крамиша ведь тоже не едет? — плаксиво спросила Стиви Рей. — Может все таки возьмем её?

— Нет Стиви Рей, мы должны придерживаться нашего круга… нашей основной группы, — отрезала я.

— Кучка Вонючка, плюс парни и я, — сказала Афродита. — Деревенщина, в чем твоя проблема? Это не та ситуация когда берешь с собой весь мир и выходишь вперед.

— Ты боишься? — спросил Дэмьен.

Стиви Рей скользнула взглядом мимо меня — туда, где в пол-оборота к нам сидел Дэмьен рядом с Эрин.

— Я боюсь, — тихо призналась она.

— Не бойся, — Рефаим обнял ее. — Видение Афродиты предупредило нас. Со мной ничего не случится.

— Ну я не думаю, что бояться чего-либо — глупо, — сказала я в защиту Стиви Рей.

— Мне, например, предстоит увидеть как убили мою маму. Это меня определённо пугает, и я знаю, что должна быть готова к тому, что увижу что-то ужасное, на что мне будет очень трудно смотреть. У Афродиты было видение о смерти Рефаима, и возможно это произойдет во время ритуала. Мне не кажется странным, что Стиви Рей испугана, ты тоже должен быть испуган Рефаим, но ровно настолько, чтобы быть готовым к наихудшему варианту развития событий.

— И я напуган, — признался Дэмьен. — Воспоминания о смерти Джека все еще слишком свежи и живы в моей памяти, и мысль о том, что мне предстоит увидеть еще одну смерть пугает меня.

— Мы все будем с тобой, — сказала ему я. — Мы будем вместе.

— Мне страшно. Я никогда не была в круге, не будучи Близняшкой, — выпалила Шони.

Все замолкли от неловкости, и затем Эрин раздался голос из середины автобуса.

— Я еще здесь. Я до сих пор вода для твоего огня. Ты не будешь одна.

— Мы все должны бояться, но этот страх должен быть разумным, а не по глупости, — сказала я, чувствуя невероятную радость, что Близняшки как бы поговорили.

— Страх может быть полезным, если он закален со здравым смыслом и храбростью. — Мы подскочили, когда Танатос как по волшебству появилась в начале автобуса.