Предназначенный

Мне нравится вспоминать о ней в это время.

— Это и мое любимое время суток, — Ленобия удивила сама себя, произнеся это.

— Какое приятное совпадение, — сказал Тревис, переводя взгляд на неё и улыбаясь.

— М-э-эм, я могу задавать вам вопрос?

— Да. Я думаю, можете, — произнесла Ленобия, больше опасаясь улыбки, нежели вопроса.

— Ваша кобыла звала вас, когда я вас испугал.

— Вы не испугали меня. Вы сильно удивили меня. Между этими двумя понятиями есть значительное различие.

— Может быть вы и правы. Но как я вам говорил, кобыла звала вас. Потом вы заговорили и она успокоилась, хотя не представляю, каким образом она смогла услышать вас отсюда.

— Это вовсе не вопрос, — сухо заметила Ленобия.

Его брови удивленно изогнулись.

— Вы умная леди. Вы знаете, что я удивлен.

— Вы хотите знать, может ли Муджаджи слышать мои мысли.

— Хочу, — сказал Трефис, изучая её и медленно кивая головой.

— Я не привыкла обсуждать с людьми дары нашей Богини.

— Никс, — сказал Тревис. Когда она пристально посмотрела на него, он лишь пожал плечами и продолжил. — Так зовут вашу Богиню, верно?

— Верно.

— Никс беспокоит, если вы обсуждаете её с людьми?

Ленобия пристально изучала его. Казалось, что за этим не стоит ничего кроме истинного любопытства.

— Что бы ваша мать ответила на этот вопрос?

— Она рассказывала, что Ива много писала ей о Никс, и что Богиня не видела в этом ничего плохого. Разумеется, Ива и я не переписываемся, и я не слышал о ней с тех пор, как она приходила на мамины похороны, но тогда она казалась довольно-таки здоровой и определенно не вызвала гнев Богини.

— Виллоу? Ива?

— Они были детьми в шестидесятых годах. Мою маму назвали, как дождь, Рэйн. Так вы собираетесь ответить на мой вопрос?

— Я отвечу, если вы, в свою очередь, ответите на мой вопрос.

— Идет, — сказал он.

— Никс даровала мне способность понимать лошадей. Я конечно не могу буквально читать их мысли, также как и они не могут прочитать мои, но я получаю от них изображения и эмоции, особенно от таких лошадей, с которыми я тесно связана, как моя Муджаджи.

— И вы получили от Бонни информацию, изображения и тому подобное обо мне?

Ленобии пришлось подавить улыбку, вызванную его рвением.

— Получила. Она в самом деле любит вас. Вы о ней хорошо заботитесь. У неё интересное мышление, у вашей кобылы Першерон.

— Она такая, хотя… временами изворотлива.

Ленобия улыбнулась.

— Но никогда не бывает слишком активной, даже когда забывает, что она весит две тысячи фунтов и едва не перешагивает через обычных людей.

— Верно м-э-эм, я верю, что Бонни перешагнет и через простых вампиров тоже, если дать ей хоть малейший шанс.

— Я запомню это. — сказала она. — А теперь мой вопрос.